Жил да был усатый кот-астронавт

Голландец Сам! – По космическим часам

Здесь проходит раз в сто лет. Чтоб оставить в море след.

Отбивает здесь он склянку, съев для бодрости солянку,

Чтобы, не дай Бог, туманы, не сбивали капитанов

С их надёжного пути, и позволили дойти

Капитанам в родной порт… без аварий… каждый борт.

Раз такое могло статься, можно бы и побрататься.

Хотя там одни скелеты! … К удивлению, при этом

Все культурны, все учтивы, даже… чуточку игривы.

На борту все помолились, всем по пояс поклонились.

Всем пожали кисти рук… но, костей не слышен звук.

А на черепах, хоть зыбко, но была у всех улыбка.

Кто в руках нёс балалайку, кто держал игрушку-зайку…

Капитан их, видно, душка, держал клоуна за ушко —

Просто из папье-маше, где-то было, знать, клише.

Ну, а их скелетик-гном, нёс бочоночек с вином.

Прилетели альбатросы и поставили подносы.

На подносах, Боже мой! – Яства, пряности горой!

Очень много… и при этом – со всего большого света.

С уголочков всей Земли… Так что слюнки потекли!

И такой был аромат, что краснел даже закат

Над спокойным Синим Морем, и, конечно, не от горя.

Не из мяса, не из рыбы! А подумать вы могли бы,

Что готовилось такое не из живности – из сои? —

Ведь жалеть нужно природу! – Не досталась чтоб уроду

В человеческом обличье! – Не отродье ж оно – птичье,

Не отродье ж от зверей, что так любят матерей. —

А отродье Сатаны! – Что печёт свои блины

Из невинного телёнка, эскалоп из поросёнка!…

Нужно много нам учиться, нужно целый год поститься!

Сели гости все за стол, рядом сел весь женский пол.

В основном из негритянок… где-то даже – китаянок,.

Так как женщины отныне, уже не были рабыни. —

Не служили Сатане – с нами были наравне.

Гости наши хоть скелеты, отличались все, при этом,

Друг от друга, как и мы. – Были славные умы!

Даже сильные таланты – и певцы и музыканты…

Исполняли, вроде, «Мурку»! Кто-то танцевал мазурку.

Так отплясывали лихо, … от души – совсем не тихо.

Раздавался треск костей, от приветливых гостей.

А когда все завелись, руки их переплелись

Все с руками милых дам, что завидно было нам!

И как будто не скелеты, исполняли им сонеты,

Так что дамы в них влюблялись, и тихонько целовались..

Поцелуй… и вот вам чудо! – Врать же вам я здесь не буду! —

Появилась на всех кожа, и смазливой масти рожа…

Выделялись командиры, по шевронам и мундирам.

Где безусые матросы – из-под шляп свисали косы.