На земле Святой Троицы

6

Шутя, отец Геннадий сказал, что слова песни «У природы нет плохой погоды» – почти дословная цитата из Епитимийника Кирилла Белозерского, ибо там сказано: «А кто похулит погоду, тому три дня поста…»

Это в городе у нас погода сделана отчасти и самим человеком, а в сельской местности пока от Бога она, так что грех жаловаться здесь на погоду.

С утра понедельника опять начало подтаивать и воздух словно бы засветился, засверкал в солнечных лучах.

Службы не было, и мы пошли в лес.

Вернее, это местный пастух Петр повел нас показать дальние ключи.

Ключей вокруг Сомина много.

Называют их здесь ржавцами, и они повсюду, словно сама здешняя земля сочится благодатью. Но дальние ключи – особенно мощные. Словно водопад стекает по крутому берегу Соминки…

Петр показывал ключи, и лицо его светилось радостью, как будто он свое хозяйство показывал.

Впрочем, чье же еще, если не свое?

Отсюда, с крутого берега, хорошо было видно всю округу.

И церковь святых апостолов Петра и Павла – тоже. Она виднелась среди еловых ветвей, словно елочная игрушка.

Уже в который раз убеждался я, что отовсюду виден храм.

И он-то и собирает округу воедино, держит ее, не дает распасться пространству на куски снежного безлюдья…

И ночью тоже так. Гаснут огни, пропадают в темноте улочки, но освещенная прожекторами церковь сияет в кромешной ночи, обозначая путь для припозднившегося путника.

7

Вечером в понедельник, как и по всем церквам православной России, начали читать в церкви святых апостолов Петра и Павла покаянный канон Андрея Критского.

Паникадила были потушены, горели только свечи, да огоньки лампад светились в темноте.

Суровые звучали в сумерках храма слова канона.

На чтение собралось человек двадцать.

Для Сомина это немало.

«Для меня каждый новый прихожанин – радость», – говорил отец Геннадий.

Прекрасен этот канон, исполненный величественной поэзии.

Но в сельском храме, среди бесконечной тишины и забытости, слова его звучат особенно торжественно и значимо – слова, открывающие Великий пост:

«Откуду начну плакати окаяннаго моего жития деяний? Кое ли положу начало, Христе, нынешнему рыданию? Но яко благоутробен, даждь ми прегрешений оставление».

В темных стеклах окон вечерние огни Сомина мешались с отражениями лампад и свечей, и казалось, что там, за стенами храма, – огромное селение.