Холостяцкие откровения

Около недели, точнее, полторы пробыл Игорь дома, а потом снова начался почтовый роман:

"12.03.68г… В настоящее время нахожусь на месте. Доехал хорошо. В десять вечера, в субботу, был уже на вокзале, позвонил в часть, и за мной прислали газик. Ругаться, конечно, никто не ругался, но командир поинтересовался: заезжал ли я домой, а то, мол, жена твоя волновалась, подняла тут всех нас на ноги. Как только выехал я в Свердловск, сразу получили от тебя телеграмму, а затем и письмо… Вообще, конечно, больше так не поступай, Лена, не позорь себя и меня.

Не спеши с выводами, имей наперед выдержку. Никуда я здесь не денусь, и ничего со мной не случится. Я ведь тебе уже говорил, что возможные задержки с ответом могут возникнуть из-за большой загруженности на службе…

Ты знаешь, когда садился в поезд и ехал сюда, всю дорогу думал о вас. Тяжело находиться врозь. В апреле еще постараюсь заехать на пару дней, а там и отпуск, глядишь, подойдет.

Тебя, Лена, интересует, когда вышлю деньги? Начфин на месте, поэтому завтра будем получать, а четырнадцатого постараюсь выслать телеграфом рублей сто восемьдесят шесть (всего сто девяносто, но четыре уйдет на пересылку)… Лена, а может, мне на 1-е Мая взять отпуск и целый месяц быть вместе с вами, а потом, когда будут заканчивать строительство дома, ты приедешь сюда со Славой, выберем себе квартиру? А то вдруг получится так, что дом сдадут, а я буду в отпуске… В общем, доживем до конца апреля, а там обстановка подскажет, как лучше поступить.

Посмотрим по деньгам (сколько их у нас будет); ты их экономь, не забывай, что до отпуска надо будет купить круглый стол и два кресла – это сто рублей.

Был в нашем магазине и заказал на тебя туфли, тридцать пятый размер, шестую полноту; или белые, или черные, какие будут. На высоком или полунизком каблуке. Как подвезут, сразу возьму и сообщу тебе. Но и ты, как получишь деньги, тоже посматривай, только недорогие – за рублей двадцать-двадцать пять. Если попадутся хорошие, бери, не раздумывай и тоже сообщи мне.

Ну а если вдруг вместе обувь тебе купим – не велика беда, просто тогда продадим твои замшевые… Да, Лен, здесь у нас продают черные чулки безразмерные со швом. Если желаешь, я тебе их тоже куплю, если, конечно, до получки не разберут.

Сапоги свои хромовые продал за двадцать три рубля (их госцена – двадцать восемь) солдатику на дембель. За билет железнодорожный (до Свердловска и обратно) мне возвратили двадцать рублей пятьдесят копеек.