Дьявол в раю

 – А «здорово» – это когда на стадионе мяч или шайбу забивают!

– Извините, ради бога! – Смущенный Еланчук склонил повинную голову. – Вы были очаровательны! – исправился он, подумав однако: «Ну и язвочка!»

Гуров, осторожно поглядывая на Марию, далеко не был уверен, что инцидент исчерпан; чувствовал по блуждающей на ее губах усмешечке, что она еще кое-что выкинет. «Бедный Еланчук!»

– Юрий Петрович, – подперев кулачком подбородок, Мария ласково смотрела на него, – вы не обидитесь, если я позволю себе дать вам совет?

– Что вы, прекрасная Мария?! – воскликнул Еланчук, не подозревая о подвохе.

 – Я весь внимание.

– Тогда слушайте. Имей я вашу комплекцию, ужинала бы совершенно иначе.

– Как же именно? – не стушевался Еланчук, решивший не надуваться индюком, хотя и не ожидал подобной подначки.

– Бифштекс с кровью, жареная картошка и непременно грамм сто пятьдесят русской водки!

– Вы желаете моей смерти, а я вам ничего плохого не сделал, – отшутился Еланчук, вяло ковыряя свой салат.

Аппетит у него все-таки пропал.

Гуров краем глаза заметил, что приятелю не сидится на месте. «Почувствовал какую-то опасность? Навряд ли. Значит, ему нужно что-то сказать мне с глазу на глаз».

– У нас с Марией выработалась привычка после ужина прогуливаться по набережной, – произнес он специально для Юрия. – Там красивая подсветка, тихо, малолюдно, можно выпить кофе.

– Возьмите меня с собой, – не заставил себя упрашивать Еланчук.

Ночь благоухала пряно, волнующе. Разбегавшиеся в разные стороны аллеи были освещены гирляндами прятавшихся в низких кустах фонариков; фигуры, бредущие в потаенном сумраке, казались призрачными, возникали и тут же растворялись, словно духи.

Оркестр стал еле слышен, они подошли к морю, которое лениво шлепало невидимыми волнами, шелестя галькой.

– Слова «красота», «покой» звучат в этом мире пошло, – начала Мария и вдруг умолкла.

Потом ни с того ни с сего произнесла со вздохом, едва ли желая уязвить своих спутников: – Лишь истинному поэту дано почувствовать и выразить ощущение, которое испытываешь здесь.

– Юрий, мы с тобой должны помалкивать, не разрушать своим косноязычием магию окружающего мира, – приложил палец к губам Гуров. Когда у Марии было такое настроение, лучше не попадаться ей под горячую руку.

Вот и сейчас Марию было не удержать.