Шакалы

Будет настроение – позвони. – Она взглянула на часы. – Часа через два, около семи, погуляем, где-нибудь перекусим.

– Хорошо. – Виктор кивнул. – Я вижу, тебе нравится дразнить меня.

– Возможно, но ты не составляешь исключения. Чао! – Девушка махнула рукой и скрылась за зеркальными дверями.

– Стерва, – беззлобно произнес Виктор, сел за руль и уехал.

Юлия взяла ключ от номера, одарила портье улыбкой, в лифт не вошла, а поднялась на второй этаж по лестнице. Номер был уже тщательно убран, Юлия оглядела свои апартаменты с удовольствием и в который уже раз подумала, что жить и не считать деньги – удивительно приятная штука.

Девушка сняла влажное пальто, повесила в прихожей, пусть сохнет, скинула уличные туфли, прошлась по мягкому ковру, открыла холодильник, достала бутылку русской водки и сок, смешала и выпила по-мужски, залпом, после чего отправилась в ванную.

Немолодая смуглолицая горничная проходила по коридору, увидела, что в двери русской торчит ключ, неодобрительно покачала головой, вынула ключ, постучала и вошла в номер.

– Юлия! – крикнула она, услышала, что в ванной идет вода, подошла к двери и затараторила: – Юлия, сколько раз я тебе говорила, что нельзя оставлять ключ в двери и не запираться!

– Ома? – ответила Юлия и приглушила звук льющейся воды. – Ты, наверное, ругаешься из-за ключа? Не говори со мной так быстро, я не француженка.

– Ты глупая девчонка! – проворчала горничная, подняла с пола туфли, аккуратно вытерла, поставила на место, ключ вставила в дверь и закричала: – Я ухожу, немедленно выйди и запри дверь! Я буду стоять и слушать.

Если ты не запрешься, я снова приду и буду кричать.

Юлия вышла из ванной, повернула ключ, стукнула кулаком в дверь, крикнула:

– Старая грымза!

– Ты маленькая глупая кошка, которая не знает, где ее съедят.

– Нужна кому, – сказала Юлия по-русски и вернулась под душ.

Когда она была обнаженной, то выглядела совсем иначе, любая одежда портила ее великолепную фигуру.

Юлия это прекрасно знала, потому в отличие от большинства женщин не любила лежать в ванной, где тело скрыто водой и пеной, а предпочитала принимать душ, поглядывая на себя в зеркало. В этом не было нарциссизма, какой-либо патологии, девушке доставляло удовольствие убеждаться, что тело ее красиво и сексуально. Когда она надевала халат, то забывала об этом, любование своим телом являлось лишь обычной женской и мимолетной слабостью.