Где зреют апельсины. Юмористическое описание путешествия супругов Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых по Ривьере и Италии

Так же вот выйдешь в полдень на берег, так солнце так спину и припекает. Точь-в-точь…

– Господи, какой благодатный климат! Даже и не верится… – вздохнула Глафира Семеновна.

– По пятаку розы на бульваре продавали в декабре, так чего же вам еще! Купишь за медный пятак розу на бульваре – и поднесешь барышне. Помилуйте, мы уж здесь не в первый раз по зимам… Мы третий год по зимам здесь существуем, – рассказывал бакенбардист. – Зиму здесь, а на лето в Петербург.

– Ах, вы тоже из Петербурга?

– Из Петербурга-с.

– А вы чем же там занимаетесь? – начал Николай Иванович. – Служите? Чиновник?

– Нет-с, я сам по себе.

– Стало быть, торгуете? Может быть, купец, наш брат Исакий?

– Да разное-с… Всякие у меня дела, – уклончиво отвечал бакенбардист.

Ивановы и Конурин стали подниматься по лестнице на набережную. Бакенбардист следовал за ними.

– Очень приятно, очень приятно встретиться с русским человеком за границей, – повторяла Глафира Семеновна. – А то вот мы прожили в Берлине, в Париже – и ни одного русского.

– Ну а в здешних палестинах много русских проживает, – сказал бакенбардист.

– Да что вы! А мы вот вас первого… Впрочем, мы только сегодня приехали. Вы где здесь в Ницце остановившись? В какой гостинице?

– Я не в Ницце-с… Я в Монте-Карло. Это верст двадцать пять отсюда по железной дороге. На манер как бы из Петербурга в Павловск съездить. А сюда я приехал по одному делу.

– Как город-то, где вы живете? – допытывался Николай Иванович.

– Монте-Карло.

– Монте-Карло… Не слыхал, не слыхал про такой город.

– Что вы! Помилуйте! Да разве можно не слышать! Из-за Монте-Карло-то все господа в здешние места и стремятся. Это самый-то вертеп здешнего круга и есть… Жупел, даже можно сказать. Там в рулетку господа играют.

– В рулетку? Слышал, слышал! А только я не знал, что это так называется! – воскликнул Николай Иванович. – Помилуйте, из-за этой самой рулетки жены моей двоюродный брат, весь оборвавшись, в Петербург приехал, а три тысячи рублей с собой взял, да пять тысяч ему потом выслали.

– Непременно надо-с, – поддакнул бакенбардист. – Это самое, что здесь есть по части первого сорта…

– Так как же город-то называется?

– Монте-Карло, – подсказала мужу Глафира Семеновна. – Удивляюсь я, как ты этого не знаешь! Я так сколько раз в книгах читала и про Монте-Карло, и про рулетку и все это отлично знаю.