Медные лбы. Картинки с натуры

По вашей торговле теперь сенокос. Прожертвуй хоть резьбу с зеркала.

– Обирай сайки с квасом! Стул буковый гнутый жертвую! – откликнулся мебельщик. – Уж куда ни шло! Ну а вы, господин фруктовщик, чем нас обрадуете?

– Полтора четверика брусники с нашего рыла получайте, – дал ответ фруктовщик.

– Что ты за святой? Брусника-то ноне почем? Дешевле пареной репы, а на ложу с угощением все надо пятнадцать рублей собрать. Прибавь хоть две пары арбузов. Стыдись сквалыжничать.

– Жирно будет. Ну да ладно, банку килек жертвую.

– Прекрасно, так и запишем. Ну а вы, «продажа волоса, пуху, полупуху и щетины купца Затыканьева», что жертвуете?

– Четыре фунта обойного волоса.

– Прибавь что-нибудь, ведь эдак не соберешь.

– Нельзя, ноне волос в цене. Да ты посмотри, какой у меня волос-то! Я посмотрю вот, чем ты сам нас обрадоваешь.

– Я? Я на театральное удовольствие всегда готов, – отвечал купец-подстриженная борода. – Ценен наш сапожный товар, ну да уж где наше не пропадало, получайте калоши кимрятской работы.

Теперь за вами остановка, ваше степенство, – обратился он к усатому краснолицему купцу.

Тот почесал затылок.

– Товар-то наш такой… – сказал он. – Не знаю уж, какую ценность тебе и пожертвовать. Ну да ладно, считайте пять фунтов железных заклепок да пуд вохры. Пожалуй, небольшую малярную кисть прибавлю.

– И это доброму вору впору. Краснорядец, ты последний, вершай дело!

– Торгуем плохо, – отвечал краснорядец. – Видно, за грехи… В своих грехах надо каяться, а не на чужое покаяние смотреть.

Одно уж только, чтоб от людей не отставать. Пятнадцать аршин рубашечного ситцу, так и быть, бери!

– Ну, вот и все. Вносите, господа, соответствующие деньги. Сейчас мальчишку за ложей пошлем.

Купцы взялись за бумажники. В отдалении сидел еще купец и прислушивался.

– Допустите в компанию осветительный материал, – обратился он к компании. – Госпоже Струйской полпуда керосину прожертвовал бы.

– Нет уж, тесно будет.

Нас и то шестеро, – отвечал сборщик. – Придется вам кресло взять.

– Кресло! Кресло-то и десяти фунтами стеариновых свеч не угнешь. Коли ежели мы не знакомы, то позвольте рекомендоваться. У меня вот тут свечная лавка.

– Ребята, да что ж тут! Примем его. Ей-ей, и всемером в литерной-то ложе будет не тесно, – предложил кто-то, и предложение было принято.

– Теперь, господа, бенефис Струйской спрыскивать! – воскликнул сборщик.