Наши забавники. Юмористические рассказы

Ему попадают носком туфли по носу.

– Друг мой, успокойся! Ну приди в себя, – умоляет он. – Я на все согласен. Пусть будет, что маменька и протопоп умнее меня. Открой глазки, я тебе сегодня за это десять горшков резеды и десять горшков левкоя куплю.

– Что мне резеда и левкой, коли вы тиран бесчувственный… – шепчет, не открывая глаз, жена.

– Ну, кроме цветов, я тебе то бирюзовое колечко подарю, что ты хотела.

Жена открывавает глаза.

– А лососина как же? – спрашивает она.

– Да что лососина! Черт с ней! – досадует муж.

 – Или вот что мы сделаем: одну половину сварим, а другую изжарим.

– Ну хорошо. Видишь, какая я уступчивая, Вкусняш.

– Знаю, знаю, Вкусняшечка! Ты ангел! Степанида! Степанида! – кричит муж.

Но в кухне раздаются возгласы:

– Ах ты, мерзавка! Ах ты, подлая! Ну что я теперь буду делать! Барин, барыня, простите! Ей-богу, я не виновата!

– Что там у тебя, дура! Чего ты?

Супруги выбегают в кухню. Кухарка стоит на подъезде и ахает.

– Извольте посмотреть! Пока мы с вами барыню-то прыскали, кошка забралась в кухню и схватила лососину.

Вон она ее под кустом ест.

– Так чего ты стоишь, как истукан! Отними скорей! Можно обмыть и все-таки съесть! – кричит муж.

Кухарка бросается к кошке с лососиной, но ее предупреждает дворовая собака. Она наскакивает на кошку, вырывает у нее лососину и убегает с куском.

Картина.

Перед отъездом с дачи

Темный августовский вечер. Около одной из дач, на помосте, перекинутом через канавку, собралась прислуга.

Время от времени вспыхивает красный огонек папиросы и освещает мужские и женские лица. Кучер заиграл на гармонии и запел:

Ходи руки, ходи ноги,

Баба пляшет на дороге,

Платочком вертит!

– Ну, завели канитель! Только тоску наводите. Уж ежели тальянской музыки не знаете, то лучше бросить! – замечает горничная.

Кучер обижается и умолкает.

– А вот я у мамзели на фортупьяне для вас учиться начну, – говорит он. – Вишь какая новгородская тальянка выискалась!

– Да полноте вам! Бросьте! – останавливает лакей.

 – Вы когда в город-то оглобли поворачиваете? – спрашивает он.

– А пес его знает! Еще вчера три куля овса к нам привезли. Долги его уж очень забодали. Теперича в мясной на книжку, в зеленной на книжку, а разносчики так-так поутру у калитки его и караулят. Словно кошки мясника, прости господи.

– Поди, и конюшне-то вам теперь страшно спать? Домовые тревожат? – спрашивает кухарка.