Наши забавники. Юмористические рассказы

– Пеку, пеку! Так из печи вон и лезет! Милости просим! – любезно откликнулся хозяин.

Слез с линейки и молодой меняла и вынул стоявшую в ногах обвязанную тряпицами корзину. Тряпица заметно шевелилась.

– Петух внутре-то сидит! – воскликнули в один голос прогуливающиеся около дачи, и действительно из корзины послышалось громкое кудахтанье.

– Это наш гостинодворский меняла и вместе с приказчиком, – шепнул своей жене заглядывавший в дачу купец и, подбежав к меняле, крикнул: – Амосу Тарасычу почтение! Петушком побаловаться приехали?

– Да, да, петушком, – пищал меняла.

 – Что же из этого? Петушок – птица Божья. Многие вот нас осуждают за эту охоту, а чего тут! По лесам-то с ружьем ходить да птичек стрелять – хуже. Там смертоубийство, а у нас вся беда, что петушки себе гребни в кровь расклюют, так ведь мы потом им залечим, запользуем, – оправдывался он. – Прощенья просим, сосед.

Меняла шмыгнул в калитку. За ним понесли и петуха в корзине.

Купца окружили дамы и начали расспрашивать:

– Очень богат этот меняла?

– Страсть! Кого хошь купить, перекупить и выкупить может. А что, не хочет ли кто из вашего сословия за ним поухаживать? – пошутил купец. – Женишок выгодный.

– Ну вот! – обиделись дамы. – Будто уж и спросить нельзя.

К калитке еще подъехал экипаж, и из него опять вышел меняла с корзинкой.

– Купцу Кошкодавлеву тысячу лет жить! – крикнул купец.

 – С петушком сам-друг приехал?

– С петушком-то с петушком, – отвечал меняла, – да, кажись, больно сильно он у меня в корзинке-то замотался. Боюсь, как бы на ноги не сел. Пожалуй, перед боем-то, как рыбинско-бологовские, колебаться начнет.

– А ты играй на понижение.

– Шутник! – весело произнес меняла и потащил петуха в калитку.

Между тем на дворе дачи раздалось громогласное петушье пение.

– Поди, уж начинается. Пойти на забор садиться! – произнес купец и побежал на соседский двор.

Баба

Время под вечер. Перевалило за шесть часов. Погода хорошая. По одной из улиц Лесного бродит молодая, красивая и нарядная баба в синем суконном кафтане, вертит в руках какую-то записку и то и дело дает ее читать встречным дачникам. Баба – кровь с молоком: полная, белая, румянец во всю щеку, перламутровые зубы так и блещут при говоре. Она кого-то разыскивает по адресу.