От него к ней и от нее к нему. Веселые рассказы

Видя все это, маленький сынишка Оглоткова фыркнул и уткнулся носом в рукав своей рубахи.

– Вон, постреленок! Ты чего смеешься? – ни с того ни с сего крикнул на него Логин Савельич, но тотчас же спохватился и в прежнем тоне продолжал: – Ты там, как хочешь, думай, а я должен замолить свой тяжкий грех и потому поеду в Новгород. Мне уж и так в нощи видение было…

– Да поезжай, голубчик, Логин Савельич! Поезжай! Кто же тебя удерживает? – всхлипывала жена.

– Явился старец, сединами убеленный, и изрек: «Логин, возьми одр твой…»

– Не рассказывай, голубчик, не терзай моего сердца… – упрашивала его жена, но муж продолжал:

– Наутро я и свечи ставил, и молебен служил, но тяжкий грех все-таки гнетет.

– С Богом, голубчик, с Богом! Варенька вот пелену вышивать кончила, так и ее свези. Пусть в обители хранится… Хорошая гарусная пелена… – бормотала Аграфена Гавриловна и набожно крестилась.

Через десять минут семейство успокоилось и мирно пило чай. Аграфена Гавриловна лизала с ложечки мед и припоминала знакомых, кого помянуть за здравие, кого за упокой.

– Я полагаю, все это можно оставить и втуне… – говорил Логин Савельич. – Потому где мне обо всех упомнить? Мне впору только о своем грехе думать… потому там ведь не так, как здесь. Там утреннее бдение, часы, литургия, вечернее бдение, всенощное, да еще правила разные… Ну-ка, учти!..

– Все-таки Федора-то Леонтьича с семейством следовало бы помянуть… Отец ведь крестный Ванечкин…

– Ну его к богу! Шестой месяц семьдесят рублей должен и не отдает, а на три дня брал.

– А сестру Софью Савельевну?

– Эту бы и можно, да женщина-то она неосновательная! Неделю с ней в мире, а неделю в ссоре, – так что за радость?..

Спустя четверть часа семейство Оглотковых перебралось из столовой в спальную. На столе лежала пелена и бисерный колпачок под паникадило. Аграфена Гавриловна сбирала мужа в дорогу и доставала из комода белье.

– К причастному-то дню я положу тебе сорочку с вышитой грудью… – говорила она.

– Зачем? Ничего лишнего не надо! – крикнул Логин Савельич.

– Пирожков с грибками не испечь ли, пока кухарка-то спать не легла?

– Говорят тебе, что не токмо что масла, а и горячей пищи вкушать не буду!

Часу в двенадцатом Оглотков тяжело вздохнул и отправился в молодцовую. Молодцы повскакали с мест и начали запахивать халаты.