Странствующая труппа

Восемь лет тому назад, говорят, приезжал какой-то цирк, но давал свои представления в парусинной палатке, разбитой на площади.

– Так где же мы-то будем давать спектакли?

Котомцев только развел руками.

– Все-таки ведь клуб есть и, наверное, при нем зала? – допытывалась жена.

– Здесь, матушка, такое место, что и слово-то «клуб» не всякий выговорит. Какой тут клуб. Ничего нет.

– Ну, ратуша… В ратуше и должно быть зало.

– Есть. Но голова говорит: «Как бы Бог на нас не прогневался, если мы его под театр пустим».

Вот какие понятия! Впрочем, полицейский надзиратель обещался его уговорить. А и уговорит, так как мы будем играть? Нет ни занавеса, ни декораций.

– Как же ты так опрометчиво привез нас сюда?

– Суслов… Ему поверил. Теперь ежели уезжать отсюда в Быстринск – с чем мы поедем? У меня денег всего только рубль тридцать копеек, и заложить нечего.

– Так что же мы будем делать?

– И ума не приложу. Попробовать разве дать музыкально-литературный вечер в ратуше, если надзиратель выхлопочет нам зало?

– Послушай… Есть же здесь какие-нибудь актеры-любители… Ты бы к ним обратился.

Ведь где же-нибудь они дают свои спектакли. Не может быть, чтоб город был без любителей.

– Понимаешь ты, что это не город.

– И все равно, актеры-любители должны быть. Ты не спрашивал про любителей?

– Да я, матушка, так обескуражен, что…

– А водку у головы, однако, и обескураженный пил.

– Ну, попреки… Только этого недоставало.

Вошел Суслов – худенький, корявенький, лет сорока мужчина в замасленном пиджаке и отрепанных серых брюках.

Он держал что-то в кулаке, потряхивал им и говорил:

– Вороне где-то Бог послал кусочек сыру. Два с четвертью сейчас с одного купца в трактире на биллиарде выиграл.

– Ты что ж мне наврал, что здесь какие-то сборы брал! – крикнул ему Котомцев. – Здесь нет ни театра, ни театральной залы, ни декораций…

– Вздор! Есть, есть. Все есть. Мы в мыловаренном заводе тогда играли. Там и декорации были, и занавес, – отвечал Суслов. – Нет, ты вообрази, комику Бог два рубля с четвертаком послал.

Ежели так каждый день пойдет дело, то и умирать не надо.

– В мыловаренном заводе?

– Да, в мыловаренном заводе. Там когда-то был мыловаренный завод.

– А где этот мыловаренный завод?

– А это за городом будет. Недалеко, но все-таки версты полторы… Там и декорации, там и… Занавес мы, впрочем, тогда из мебельного ситцу делали.

– Хватайся, Анатолий, скорей хоть за мыловаренный завод, – сказала Котомцеву жена. – Съезди.