Странствующая труппа

– По второй, чтоб не хромать на сцене… – продолжал он.

– По второй-то уж много… – отвечала Котомцева.

– Ничего… Поваднее будет. Веселее играть будете.

– Роль моя сегодня не такая, чтоб весело играть.

– А зачем же вы такую игру поставили? В другой раз поставьте что-нибудь повеселее. Вот и жена моя говорит: «Скажи им, – говорит, – чтоб они оперетку поставили».

– У нас для оперетки нет ни исполнителей, ни костюмов, ни декораций. Кроме того, для оперетки оркестр нужен.

– Тс… Так… – кивнул голова.

 – А хорошо бы веселенькое-то что-нибудь.

– Да и кроме оперетки можно какую-нибудь веселую комедию поставить.

– Ну так вот… Пожалуйста. Да уж посмешнее что-нибудь… Посмешнее-то, так оно лучше… Ну, а еще по рюмочке-то все-таки позвольте просить…

– Нет, нет, не могу… – наотрез отказалась Котомцева. – После спектакля – извольте.

– Давайте я с вами выпью, – вызвалась Безымянцева, поднимаясь во весь свой громадный рост со стула и подходя к голове – маленькому, кругленькому, коренастому.

 – Сегодня моя роль такая, что можно выпить.

– Ну, вот и чудесно. Ваше здоровье! А играете вы сегодня на отличку и даже, можно сказать, лучше всех.

– Нравится вам? Очень приятно. А вообразите, роль Жмигулиной даже не моя роль. Я на роли гранд-дам и комическую роль играю сегодня за неимением в труппе комической старухи.

– Очень потешно играли, очень потешно, – отвечал голова, выпивая рюмку мадеры. – Да и зонтик у вас – смеху подобно… Вот кабы у всех такие роли были! Ну, до свиданья, – прибавил он.

 – Теперь пойду господ актеров шевелить, чтобы позабавнее играли.

К мужчинам также приставали со всех сторон с вином, и Котомцев то и дело ходил за пьяным уже Сусловым, стараясь уберечь его от дальнейшей выпивки.

– Господа! Пожалуйста, не угощайте его… Ведь ему еще ответственную роль в водевиле играть… – упрашивал он пристава, купца Глоталова и кабатчика Подседова. – Ну что хорошего, если из-за него придется водевиль отменить! Лучше же вы после спектакля с ним выпьете.

Егор! Ради Создателя не пей больше, – обратился он к Суслову.

– Да ведь и то не пью, – отвечал тот, покачиваясь.

Лесничий посмотрел на него и покачал головой.

– Я уж и то стараюсь его зельтерской водой и чаем отпаивать, но не пьет, – сказал он.

– Да что вы ко мне пристали! Будто я не знаю своей препорции! – говорил Суслов.

К нему подскочила лесничиха.