На руинах Миглаха. Легенда о Дигоне

Мысленно поблагодарив составителей эссенций и собрав вещи, он продолжил свой путь, вернувшись к заданию, от которого, как он считал, могло зависеть очень многое в алгоритме Дома Цифры. И думать так он имел все основания, поскольку мечты о переменах в однообразной и размеренной жизни поставщика информации воплотились за этот странный день стократно.

Он шёл выполнять задание, окружённый каменистой пустошью, а перед глазами стояло только милое лицо прекрасной дочери Дианы, в ушах звенел её незабываемый голос… и пугающие слова, сказанные ею.

-7- Клиодна

Высоко в тёмные туманные небеса, застилающие, по обыкновению, земли Дома Гадеса, поднимаются остроконечные макушки храмоподобных строений гади. Но ещё больше в глубь земли уходят бесконечные лабиринты их нор. Широкие просторные арки коридоров, вымощенные кубиками обожжённой дочерна и отполированной до зеркального блеска глины, освещаются жуткими огнями равномерно развешанных ламп. В их горнилах вечно томятся обезличенные неразумные остатки душ убитых когда-то врагов Гадеса.

В изголовье огромного купольного зала, за столом, над ворохом старинных пергаментов с истрёпанными краями, сидел вычеркнутый из списков смерти Маркар. Верховный и он же Первый отец Дома предпочитал замкам на поверхности своё подземное логово. Он давно перестал жить в том смысле, какой видели жизнь другие люди Миглаха. Его бесконечная память хранила каждое мгновение десяти тысячелетий нового мира. По этой причине такие чувства, как надежда, радость, ожидание или интерес, давно покинули его разум.

Но теперь, после разговора с Верховным Отцом Дома Цифры, искра веры в новую возможность ощутить привкус позабытых эмоций загорелась в чертогах его мрачной природы. Кетер, которого он знал в десятках иных воплощений, так неожиданно сейчас удивил его.

«Клиодна!» – мысленно призвал он к себе одну из первых помощниц, архоса касты Двуликих. Под её началом служили лучшие воины, специалисты по особым поручениям Дома Гадеса. И они не ради красивого слова носили своё имя.

Их тела, изменённые силой Смерти, могли жить в двух мирах. В нашем, материальном, это были страшные противники, чьё мастерство боя за неестественно долгую жизнь оттачивалось до совершенства. При переходе в иную реальность, в область успения, их мирские тела становились густой облачной дымкой, сотканной из поглощающих свет и саму жизнь миазмов – энергий настолько тонких, что даже стихии, кроме всепроникающего Эфира, не могли воздействовать на них в таком состоянии.