Гуси лапчатые. Юмористические картинки

У меня есть картинка…

– Зачем же вы за талию?..

– Это не я-с. Это, верно, вон тот мерзавец своими лапами… Могу ли я допустить такое невежество при публике? Я человек с образованием.

– В бытность мою в Париже я видел кормление бегемота, – продолжает франт. – Разинет он свою пасть – а ему каравай хлеба туда, фунтов в двенадцать – и как не бывало. В один миг проглотит. Там бегемот огромный, величиной вот с это здание. Я сам раз на пятьсот франков одного хлеба… Увлекся, вздумал накормить его и не мог.

– Неужели на пятьсот франков скормили? – дивится дама.

– Даже больше. У меня вообще пылкая натура. А тут все равно что игра. Я в азарт вошел. Мне хотелось его досыта накормить. Сую ему, а он ест. «Добьюсь, – думаю, – когда он отвернется от хлеба и перестанет есть», но так и не добился. На меня весь зоологический сад пришел смотреть… By компрене… всякому интересно, как богач, русский… В Париже нами очень интересуются. Там один англичанин бегемоту все свое состояние скормил на хлеб.

– Сумасшедший!

– Ужасти, ежели эдакая скотина во сне приснится! – покачивает повязанной головой купчиха в длинных серьгах.

– А чувствуй, что это простая свинья, а не бегемот, – вот и не приснится, – советует муж. – Сейчас вон барин рассказывал, что в заграничных землях на них по рекам ездят, а потому они по-тамошнему речными лошадями называются. Запрягут их парой в барку – вот те и пароход.

– Ни в жизнь бы, кажись, на таком звере не поехала.

– Жрецы ездят… Попы ихние. Ведь это в Египте, и по реке Нилу… В фараоновой земле, – поясняет чиновник.

– Мавра Тарасьевна, браслетку береги! Здесь живо с руки слизнут! Вон у одного барина сейчас платок выудили из кармана и лорнетку с носа хотели сдернуть.

– Не тревожьтесь, Захар Захарыч, у меня рука на сердце… А это, Захар Захарыч, что за зверь, вот что рядом-то развалившись?

– Носорог… Нажрался, лежит и отдыхает. Вот ему теперь только цигарку в зубы.

– А что же у него рога я не вижу, ежели он носорог?

– А вон на носу нашлепка – это рог и есть.

– Коли нашлепка у зверя вместо рога, то нечего его и носорогом называть, – с неудовольствием говорит купчиха.

– Этот носорог, сударыня, потому пока без рога, что он еще холостой.