Домовой-2: проект «Гибрид»

Голова гудит, в горле сухость, мысли спросонья пчелиным роем кружатся, жужжа где-то под самым потолком сознания, но больше всего болит левый бок, на котором она спала всю ночь, не имея возможности перевернуться или вытянуться. Подняв веки, она вздохнула.

Она лежала на откидной кровати, укрытая серым армейским колючим одеялом. Жесткая поверхность не способствовала спокойному и приятному сну, потому чувствовала девушка себя разбитой. Первые лучи едва появившегося из-за горизонта солнца, с трудом проникали в узкие окна, едва освещая внутренности бронемашины.

– Александра, – снова раздался голос Вильгельма, и Саша состроила страдальческое лицо.

Этот старик… Она все разом вспомнила. Надежда на то, что все, что с ней произошло, просто сон – улетучилась. Нет, это был не кошмарный сон, это была самая настоящая кошмарная явь.

Так как высота машины не позволяла стоять в ней в полный рост, старик сгорбился, нависнув над ней, от чего стал похож на гуля, которых девушка не раз видела на картинках маминых книг.

Растрепанный, очки блестят, отражая утреннее зарево, и кажется, что это в полумраке его глаза адским пламенем светятся. Пальцы, скрюченные старческим артритом, похожие на когти, держат небольшую коробку, в которой находились три пробирки. Ученый требовал делать анализы крови каждый день по два раза, чтобы точно убедиться в чем-то, о чем ей пока не сообщали. Когда Александра вчера впервые увидела эти стекляшки, то жутко перепугалась, фантазия тут же нарисовала страшные опыты, которые над ней сейчас начнут ставить, но в итоге оказалось, что процедура довольно безопасная. У нее просто брали немного крови из пальца, а потом, размазав их по стекляшкам, закупоривали в пробирки с какими-то жидкостями разного цвета.

Взяв еще немного крови, ученый вышел из броневика, распорядился накормить пленницу. Кроме них в машине ехало еще пять человек: водитель и четыре бойца, и все они, как оказалось, были на улице. Холодный поток ветра ворвался в кабину автомобиля, Саша поежилась.

– Пойдемте завтракать и надо уже выдвигаться, – внимательно рассматривая пробирки, подняв их повыше так, чтобы в рассветных лучах было хоть что-то видно, недовольно проворчал старик. – У нас очень мало времени, а дорога – дальняя.

Девушка нехотя выбралась из-под одеяла, села, отряхнула одежду, в тщетной попытке ее разгладить, сонно потерла лицо, смахнув прилипшие к щекам и лбу волосы, зевнула.