Домовой

Движения, жесты и голос, как и обычно, скупые, расчетливые, плавные. Настоящий мужик! Моргана передернула плечами. Так бы и запрыгнула на него снова!..

В баре стоял шум, словно на базаре. Собравшиеся со всех концов города солдаты удачи мусолили и обсуждали сегодня всего одну единственную тему – предстоящую схватку Домового и Бороды. Заметив первого участника развлечения, толпа стала сбавила гомон. Кто-то подбадривающе хлопнул Сашку по плечу, кто-то поднял вверх кружку с пивом, а кто-то презрительно отвернулся, бурча себе под нос что-то не довольное.

Что ж, у Бороды тоже в этом городе есть своя фанатская база, имеет на это право.

Прибыл он на место ровно к оговоренному сроку. Неспешно прогулявшись по еще спящим улочкам города, в полном боевом облачении, Домовой отлично размялся и смог успокоить бешено скачущее сердце. В дуэлях ему еще не доводилось участвовать. Вроде бы, чего там? Обычная перестрелка, в коих он побывал уже не раз, а, поди-ка… Колено, ушибленное недавним падением, стало слегка ныть, спина тоже дала о себе знать, в ногах появился небольшой мандраж, в животе неприятное волнение образовалось.

В бою все как-то не так. Там все быстро, все понятно. Это враг, в него стреляй, а тут… Вроде еще вчера пили вместе, а теперь уже кровные враги… Как-то не привычно, хотя… всякое уже бывало и такое тоже, что пили вечером, а ночью чуть горло не перерезали.

Завидев броневик Бороды и самого нагло ухмылявшегося хозяина, Сашка помотал головой, прогоняя сомнения прочь.

Это враг! Это падаль, убившая его единственного друга! За такое надо наказывать и наказать падлу следует жестко. Никакой пощады, только холодная, расчетливая месть!

– Что ж, – погладил он ладонью свое новое оружие. – Посмотрим, как ты броньку шьешь… Не подведи, дружище, а то тебя вот этот урод патлатый себе заберет. Что? Не хочешь? Ну, тогда давай дружить будем…

– Молишься? – развалившись на капоте, уперевшись спиной в лобовое стекло, ехидно прокричал Борода, расслышав тихий голос соперника.

 – Правильно, правильно, молись давай…

– За твою душу, дебилушка, молюсь, – скривился в милосердной улыбке Сашка, продолжая идти в сторону стоявшего столика, за которым сидел бармен и помощники.

На голос из кузова показалась заспанная, зевающая голова напарника бородатого. Из-за борта высунулась вторая, не менее помятая. Видать, парни гудели всю ночь, расслабляясь или празднуя досрочно победу. Что ж, их дело, ему же проще будет.