Кикимора

Десяток бойцов, двигаясь по неширокой насыпи, скрытые густым туманом, который постепенно уже начинал резать горло, и высокими загородками из различного металлического мусора, клином двигался вперед, а на другом конце деревни к отчаянному и самоубийственному рывку готовился старый понтон, полностью заполненный плачущими и причитающими женщинами. Они прижимали к себе детей, сами прижимались друг к другу, искали поддержку и опору.

– Уйди, сосунок! – орал, размахивая металлической трубой, какой-то мужик, пытаясь пройти в ангар, выстроенный у самой воды, до поры, до времени имитирующий покосившийся, разваливающийся сарай, в котором и стоял огромный понтон с двумя мощными моторами.

– Зашибу! – орал он, багровея от лысой макушки до волосатых ладоней.

– Стоять! – нервно сжимал свой автомат Петька. – Нельзя! Только женщины, дети и люди из первого списка! Мы вернемся за вами во вторую ходку! Паром не выдержит столько народа!

Полтора десятка мальчишек, от пятнадцати до семнадцати лет, выстроившиеся в две шеренги в паре метров друг от друга закрывали спинами проход в сарай.

Перед ними, сжимая кулаки, дубинки, вилы и даже обрезы, стояло десятка три, а то и четыре деревенских, кому не было суждено оказаться в том самом «первом списке». В него входили самые важные, на взгляд администрации, люди. И речь шла не о членах семей этой самой администрации, а о кузнецах, инженерах, строителях и тех, кто способен будет в будущем поднять из руин сожженный дом, научить строить, выращивать еду, добывать энергию, перерабатывать топливо. Выбор был тяжелым, ведь каждый заслуживал быть спасенным, но когда речь заходит о подобной ситуации, как сейчас, компромиссов быть не должно.

– Стоять! – снова прокричал срывающимся юношеским голосом Петька, получивший приказ любой ценой не допустить на паром посторонних. – Повторяю! Только женщины, дети и первый список! Больше нельзя! Паром не выдержит!

Старая посудина, сваренная из тонкостенного металла, не могла взять на борт всех, и при перегрузке могла легко пойти на дно, а газ, который сейчас выходил из затопленных по всему озеру бочек, превращал воду в нем в настоящую кислоту, и потому, если судно затонет… Нет, Петька боялся представить, что произойдет с тем, кто попадет в этот котел… Однажды он видел, тайком пробравшись в сарай, что эта отравленная вода делает с человеческим телом.