Леший. Рыцарь в зеленых доспехах

Последняя…

***

Проторчав в комендатуре добрую, а точнее сказать злую половину дня, и наконец-то получив все необходимые бумажки, сдав точно такие же, в смысле, то же необходимые, без которых ну вот никак, ну хоть умри но «принеси и подпиши, да не там, ты что дурак!?», потеряв пару триллионов нервных клеток, Леший наконец-то вернулся обратно в часть. Настроение, если бы не мысль о том, что это в последний раз, что скоро он поднимется на борт самолета, который увезет его этого дурдома, непременно бы скатилось на ноль, а так, вроде и убивать пока хочется через одного.

Причем быстро и безболезненно, а не вырывая кадык, глядя как этот очкарик с непрошибаемым, тупорылым лицом, который довел его до белого колена, требовавший с него справку формы «А2», захлебывается в собственной же крови…

– Командир! – окрикнул его кто-то.

Леший вывалился из сладких грез, даже машинально руками встряхнул, сбрызгивая с них остатки фантомной липкой крови очкарика. Алексей обернулся. К нему, приветливо махая рукой через платц, со стороны медсанчасти шел Физик.

Точнее уже Бабай. Орлов сам еще не мог привыкнуть к новому имени подопечного, которое сам же ему в порыве чувств и дал.

– Привет, командир, – протянул руку Серега для приветствия.

– Привет, – искренне удивился Леший. – А ты чего здесь?

– Так все, – улыбнулся парень. – Выписали…

В диалоге возникла небольшая пауза. Серега стоял, улыбаясь, словно увидел что-то хорошее, светлое и доброе, а не человека, сделавшего его калекой.

Орлов все никак не мог себя простить за тот промах. Выстрели он чуть правее, или вообще не выстрели, может, пацан бы остался нормальным. А так… На стеклянный, молочного цвета глаз смотреть было неприятно. Сколько всего Алексей повидал за годы службы, но эта рана была самой для него ужасной.

– Понятно, – выдавил он из себя. – Куда сейчас?

– Да вот, документы подавал, скоро в группу определят, – парень тряхнул пачкой бумаг, которые Орлов сперва принял за справки о комиссации.

– Не понял, – нахмурился снайпер.

 – Так ты не домой?

– Нет, – улыбнулся во все тридцать зубов парень. – Дальше служить буду…

– Зря ты это, Серег. Лучше б домой…

– Не, командир… Мне тут… – он замялся. – Мне тут Хан приснился.

Леший вздрогнул. Приятели снились ему очень часто, почти каждую ночь. Нет, это были не кошмары, а дружественные посиделки, разговоры, смех и спор, но каждое утро после того дня Алексей просыпался немного не в своей тарелке от такого.