Леший. Рыцарь в зеленых доспехах

А почему бы, собственно и нет?» – проскользнула пьяная мысль в голове. Все последнее время Леха занимался четырьмя вещами. Утром просыпаясь, выгуливал кота, потом прогулка, затем на встречу с риелтором ехал, а вечером сидел, таращась в телевизор с бутылочкой пивка. Постепенно бутылочка пивка превратилась в две, сон удлинялся, прогулка с котом укорачивалась, а прогулки вовсе выпали из планов. Встречи с торгашом квартир тоже стали все реже и реже. Его кормили завтраками, затягивая время и вот уже вечерами на столе стояло по пять-шесть бутылочек пенного, после которых утром даже о том, чтобы встать с кровати думать было лень.

Он устал отдыхать. Не в его это натуре. От ничего неделанья порой волком выть уже хотелось. Карман жег памятный, с выцветшими цифрами номера телефона стикер, врученный Олейниковым, но связываться с армией он все еще не желал.

– Во! – расплылся в улыбке Макс. – Давай, звони в любое время, порешаем! О! Смари, кто пришел!

Одноклассник расплылся в еще более широкой улыбке, стал напоминать сытого кота.

Леший перевел взгляд и замер. В первое мгновение он ее не узнал. Да и во второе и в третье. Память быстро прокрутила перед внутренним взором лица всех одноклассниц, но ни одно к появившейся особе не подходило.

– Викуся! – поднялся Макс и, широко расставив руки, двинулся к даме.

«Викуся»? Еще больше нахмурился Орлов. Вика? Семененко Вика?! Алексей выпучил глаза. Та самая невзрачная девчонка? Да ну?! Он едва удержался, чтобы не протереть глаза. На пороге кафе стояла высокая блондинка, с точеной фигурой, в облегающем красном вечернем платье.

Она сразу, с ходу выделилась из общей массы бывших однокашников.

– Фига, – присвистнул Алексей, удивляясь метаморфозе.

С Викой время поступило иначе, нежели с другими одноклассницами и одноклассниками. Большей своей частью они постарели и, как бы это помягче сказать, расширились, а эта девчушка, на которую мало кто в школе внимание обращал превратились в настоящего лебедя. От женской половины зала понесло явной ревностью, а от мужской то и дело доносились похотливые шушуканья.

Выглядела девушка на все сто… нет, не лет, процентов. В свои тридцать восемь она, казалось, могла дать фору многим двадцатилетним раскрашенным сипельдявкам. Минимум косметики. Она есть только там, где нужно что-то подчеркнуть. Лучезарная ровная, белоснежная улыбка, красиво уложенные волосы, взгляд с поволокой.

– Викуся!

Макс пробрался через зал, обнял одноклассницу.