Юми

На мешках, набитых песком, под брезентовым навесом в позиции «лежа с упором на локтях» застыл обгоревший боец. Военная форма напоминала ту, что носили солдаты Чернова, генерала Че с «Мелодии». Мертвец крепко сжимал в руках винтовку, рядом валялась рация с надписью parazIT, один бок которой сильно оплавился.

– Давненько не видел такого! – восхищенно протянул Хава, обшарив карманы бойца и поднимая настоящую военную рацию. – Всем скарбам скарб! Труп-то, кстати, свежий совсем. Это что ж получается, пока мы Игры смотрели, Чернов здесь караул зачем-то поставил.

А «паразита» этого ща попробуем реанимировать, знакомое что-то. Ты осмотрись пока, вдруг еще что интересного найдешь.

Лучник направился к другим трупам, а Хава присел на корточки и со знанием дела принялся нажимать кнопки рации. Рация зачихала, закряхтела, но ничего более выдать не могла.

– Ладненько, сейчас запись еще проверим. Да с собой ее прихватим, пригодится авось.

Хава вновь нажал какие-то кнопки и из динамиков «паразита» послышалась нервная человеческая речь.

Записанные помехи не давали разобрать все слова, но суть была понятна. Хава перемотал запись назад и позвал Лучника.

– Делаю громче! Слушаем?

Лучник кивнул и присел рядом.

– Чччч… Чернов, мать твою! Хорунжий на связи. Ччччч… Мать твою! Воронеж, ответь, это Москва, Москва… Лейтенант, ты пишешь? Хорошо. Внимание, всем постам Дона. Если кто меня слышит, передайте сообщение генералу Чернову. Мы вычислили субмарину, она в ваших водах, в реке.

Как попала туда, не знаем. Направил к тебе своих с техникой. Как синхронизировать, будут разбираться на месте. Твоя задача – до нашего прибытия извлечь подлодку из вашего болота. Как хочешь это делай, но что б была в целости и сохранности. Не вскрывать. Будут выходить – брать всех живыми. Внутри ничего не трогать, ничего!!! Понял меня, мать твою? Ччччч… Лейтенант, туши эту херь. Повторять запись каждый час!

Послышались щелчки и запись оборвалась.

Хава еще раз включил запись.

– Ну, внятно все вроде, – задумчиво произнес Хава и вопросительно взглянул на Лучника. – О чем это вообще? Может, москвичи?

– Одни вопросы. Без ответов. Как же задолбало все!

Хава окинул задумчивым взглядом обгоревших солдат.

– Я прошарил всех – нет никаких бумаг, без документов и кожи все, оружие без патронов, все постреляли, – Лучник напрягся. – Мне Дульсинея в Ликерке вашей о какой-то лодке говорила. И о часах, которые должен Антон остановить.