Сказки мертвого мира

В голове слегка затуманилось, а желудок болевым спазмом известил о том, что вот уже как двенадцать часов я ничего не ел. Ну, что приступим? Первым делом я схватил два чебурека и, скрутив их наподобие рулета, откусил большой кусок еще горячего теста.

Чебуреки Армянин умел делать, да что там умел, он делал лучшие чебуреки, какие я только ел в жизни. Не знаю, как это у него получалось, но тесто всегда было тонким и обалденно вкусным, а корочка – румяной и усыпанная россыпью зажаренных пузырьков. Ну, о начинке и говорить не стоит, это надо попробовать – мелко нарезанное мясо нескольких видов.

А самое поразительное, что если развернуть чебурек и вытрясти начинку на тарелку, то можно увидеть, что в ней очень много лука, но он совершенно не чувствуется. Чудеса!

– Бля! И как он их готовит? – скатывая по моему примеру два чебурека в рулет, спросил Бомбист.

– Все дело в тесте, – ответил я, утаскивая последнюю пару чебуреков. – Он когда замешивает тесто, в него сок лука добавляет, и для начинки лук маринует, вот и получается так вкусно.

– Вот хитрый армянин!

– Лысый, а ты чего не хвастаешься, тем, что купил. Колись, давай, на что потратил мои денежки, вырученные за продажу взрывчатки?

– Смотри и завидуй смиренный раб, – пафосно произнес Бомбист, развязывая шнуровку своего потертого рюкзачка – мародерки. – Гля! Проникся! Последняя книга Его! А, как тебе?

На стол легла толстенная книга, больше похожа на гроссбух (кто не знает, это такая толстенная книга-журнал, в котором представлены итоговые данные по бухгалтерским отчетам и счетам).

Взяв книгу в руки, неожиданно удивился её легкости, вроде и приличных размеров книжища, а на вес, так вовсе – пушинка. Обложка из серого плотного картона, на котором изображен сидящий на скамейке мужик и рядом с которым, сидит приличных размеров псина. То ли художник шутник, то ли так было специально задумано, но собака и сидящий на скамейке мужик были охренительно похожи друг на друга. Называлась книга – «Обожатель».

– Ничего себе! – искренне поразился я.

 – Последняя? Сколько отвалил?

– Не последняя, а крайняя! – нравоучительно выставив указательный палец, произнес Бомбист. – До хрена отвалил, писец, как до хрена! Ну, ты сам понимаешь, я никак не мог, пропустит выход Его новой книги. Шестьсот монет.

– Ни хуха себе!  И про, что там? – кивнул я на книгу.

– Откуда я знаю? Если бы мне кто-то начал пересказывать сюжет, я бы его точно пристрелил, чтобы не портил впечатление.