Серый мир

– Не понял, что за косметика? Ты мне, что как бабе накраситься предлагаешь? Тушь, помада и все такое?

– Серость, ты непроглядная, ну какая на хрен баба? – скривился Луза. – Специально подобранный состав химикатов, всего за несколько минут уберет у тебя все подкожные жиры на лице, поменяет форму хрящевых тканей и изменит цвет растительности.

– Чего? Какие жиры? Ты кого толстым назвал? – съехидничал я, доставая из коробки с чаем сероватую пластичную массу, похожую на старое тесто. – И что это поможет? Нет, не правильно поставил вопрос, надо было спросить так: Как мне это поможет?

– Все очень просто, съел вот этой штуки, – Луза отщипнул и скатал в шарик небольшой кусочек серого теста.

 – Обильно запил все это водой и через несколько минут твоя морда меняется до неузнаваемости. Эффект держится от трех до пяти дней. Все зависит от количества этих самых подкожных жиров.

– А волосы как менять будем? И самое главное, как ты собрался ауру менять, я думал это невозможно.

– Думал он. Ты – боевик по призванию, вот и воюй, а думать должны те, у кого мозги есть, то есть я, – Луза приосанился для правдоподобности, тем самым как бы показывая свое превосходство надо мной.

 – Все очень просто, я тебе набью знак торгашей с очень сильной подпиткой и какое-то время, ты будешь аурой светиться в тех же цветах, что и торговцы, ну а с волосами еще проще, их быстрый рост и депигментация вызвана, побочным эффектом от употребления вышеуказанного мною вещества.

– Слышь, Луза, а ты в той жизни кем был? Уж больно ты заумно выражаешься.

– Я, между прочим, серый мой друг, в прошлой жизни был уважаемым человеком, доцентом. И так как, зная, о чём ты меня сейчас спросишь, отвечу сразу, мне не двадцать лет, хоть я на них и выгляжу, мне уже сорок два года, – почему-то, с грустью в голосе произнес Луза. – Во время перехода, произошли необратимые изменения и я начал молодеть, все стареют, а я наоборот молодею.

– Повезло!

– Ну, это кому как, вот ты, например, знаешь, сколько проживешь? Нет? А, я знаю! И мне, от знания этого, как-то не очень хорошо.

Понимаешь?

– Понимаю. Бывает.

– Ладно, не будем о грустном, заголяй грудь, сейчас тебе «партак» правильный набьем, в любой хате за своего сканаешь!

– Слышь, ты, кольщик, Щука сказал времени мало. Когда ты мне собрался рисунок бить? Времени нет! – я снял с себя куртку, потом свитер и тельняшку.

– Вы, дети гор, народ дремучий, время на месте не стоит, а вы до сих пор, татухи бьете иглой и вручную.