Вольные стрелки

Ты сколько в месяц зарабатываешь?

– Я? – удивился такому повороту событий Паспарту.

– Ты!

– Ну, по-разному получается. Когда как. Обычно около пятидесяти американских долларов в месяц выходит.

– Не густо, – покачал я головой. – Так уж и быть, буду тебе платить по шестьдесят долларов. На, вот, – я протянул ему три американские «двадцатки» с Джексоном. – Ну, что договорились?

Судя по удивленной морде, Паспарту меня немного обманул и пятьдесят долларов в месяц он вряд ли зарабатывал. Негр схватил три двадцатки с такой сноровкой, что сразу стало понятно – шестьдесят долларов для него огромные деньги.

Ладно учтем этот момент. В конце концов, систему штрафов никто не отменял. Сегодня дал ему шестьдесят баксов, а завтра на десятку оштрафую.

– Да, господин, договорились, я буду для вас верным слугой и помощником, вы не пожалеете, что наняли меня, – тут же радостно закивал головой Паспарту. – Как мне к вам обращаться?

– Петр, можно Пьер, но не Пьеро. Запомнил? Петр! – видя удивленно округленные глаза негра я подумал, что для него это имя в диковинку и решил добавить.

 – Петр, как апостол Перт. Ты про апостола Петра слышал?

И вот тут с моим только что нанятым на работу слугой случилась настоящая истерика. Он и до этого уже несколько раз впадал в истеричное состояние, но то, что произошло сейчас даже меня повергло в шок. Парень был чернокожим, таким знаете – чёрным-пречёрным, как трубочист. После моих слов про апостола Петра негр вдруг посветлел, его кожа буквально на глазах стала сереть, становясь цвета пепла, нижняя челюсть пошла вниз, парень бухнулся на колени и принялся биться головой о пол в неистовых поклонах, что-то жарко бубня себе под нос.

Я охренел от такого поворота событий, попятился назад и сгруппировался, понимая, что передо мной сумасшедший. А вдруг он буйный и сейчас кинется? Негр истошно что-то бубнил скороговоркой, отвешивая поклон за поклоном. Из длинной вереницы слов произносимых на английском я понял, что парнишка молится.

Нашел время!

– Паспарту! – дернул я негра за плечо. – Я, конечно, уважаю твое религиозное рвение, но нам над валить отсюда. Давай ты потом помолишься.

– Господин! Господин! – взорвался негр истошными восклицаниями. – Я ваш верный слуга, я буду служить вам до самой смерти. Я выполню любой ваш приказ!

Выражение лица парня при этом было какое-то странное, как будто на него снизошло озарение свыше, и он вдруг понял смысл бытия.