Война 2020. Керченский узел

– Справа движение, – произнес Якут, указывая на опушку посадки, там, где чахлые деревца заканчивались и дальше шло лишь заросшее бурьяном поле. – Гляньте, там пацик какой-то крадется.

– Сворачивай, – приказал я водителю. – Догоним и берем. Смотрите в оба!

«ГАЗон» свернул с колеи и, протиснувшись между двух кустов, вырулил на поле. Пацаненок, одетый в черный дутый пуховик, заметил нас и пустился наутек. Грузовик прибавил ходу и через минуту погони до бегущего впереди пацана оставалось всего каких-то пара метров, но мелкий дрыщ резко прыгнул в сторону и… исчез.

Водитель резко нажал на тормоз, и все, кто был не пристегнут, повалились вперед. Открыв дверь, я выскочил наружу, вскидывая автомат. Извилистая узкая расщелина, едва заметная в траве, на ее дне заметны торчащие из стены ноги – паренек пытается залезть в какую-то нору.

Автомат дернулся несколько раз, и короткая очередь прошила темноту расщелины. Пули попали в ногу, которую паренек не успел убрать. Раздался дикий вопль. Было видно, что пуля калибра 7,62, попав в голень, оторвала приличный кусок мяса.

– Якут, вниз, – приказал я. – Зацепишь за ноги веревкой, и вытащим наверх. Остальные – прикрывайте.

Якут сноровисто спустился вниз, обмотал ноги паренька веревкой и выбрался обратно наверх. Вдвоем с Николаем мы вытащили раненого наверх, тот отчаянно хватался пальцами за камни и ругался почем зря.

– Кто такой? Почему убегал? – злобно ощерившись, выкрикнул я в самое лицо паренька. – Быстро отвечай! Где Бородач? Отвечай! – Ствол автомата с еще горячим после стрельбы пламягасителем уперся в правую щеку раненого.

– Я не знаю! – истошно закричал раненый и забился в нервном плаче.

Парень извивался всем телом, пытаясь освободиться от веревочных пут. Получалось плохо – ноги и руки были стянуты на совесть, а веревка на ногах, между прочим, заменяла жгут, остановив кровотечение из ноги. Что-то мне не нравилось поведение мальца, чувствовалась какая-то фальшь.

– Он нам бесполезен. Добить и сбросить в расщелину, только травой присыпьте, чтобы его до темноты не нашли, – выждав несколько минут, произнес я. – Не забудьте снять с него веревки и оглушить, чтобы он от потери крови сам загнулся.

Якут прочитал в моих глазах, что я задумал, и принялся развязывать узлы, громко комментируя, что сейчас будет делать.