Клан у пропасти

Когда я еще маваданом стану, да и стану ли вообще, а вот отличные бойцы в сложной битве, да и в любой битве, это, несомненно, плюс.

– Насколько велика вероятность стать маваданом тануки? – решил я уточнить.

– Ну ты и спросил, – покачал головой дед. – Судя по твоему контролю, стандартно-среднему для Инсатсу, шансов у тебя немного. Если судить по количеству маваданов в нашем клане, у тебя их еще меньше. Но статистика в этом случае не играет никакой роли. У моего деда контроль был еще хуже, но маваданом он был.

– Тогда причем тут контроль? – не понял я.

– Люди с идеальным контролем с высокой вероятностью гораздо чаще, чем остальные, становятся маваданами. Если начать их вспоминать, то у большинства контроль просто запредельный.

– Значит, статистика все же существует.

– Она говорит лишь о том, что контроль важен, но не обязателен. А кто и с какой вероятностью станет маваданом… – покачал головой Джиро. – Никакой гарантии.

– Ладно, – махнул я рукой. – Не буду спорить. А насчет выбора я еще подумаю.

Непростое это решение.

– Правильно, Ши-чан, времени навалом, так что не спеши. Ну а ты, Шида-кун, хочешь себе призыв?

– Хочу, – ответил моментально мечник. Все это время он сидел рядом и прислушивался к разговору.

– А зачем? – задал еще один вопрос старик.

– Чтобы стать сильней, – ответил удивленный мужчина.

– Эх вы, – поднялся дед на ноги. – Все-то вам силы побольше, а ради чего, и сами не знаете. Все. Собираемся и идем домой. Твой костюм в гостинице отключу, тренируйся пока.

Глава 2

Передо мной на столе лежали десять листков с печатями, перевернутых обратной стороной, дабы я не видел заранее рисунок. Стандартное начало каждого урока у Джиро. Выбрать, перевернуть, десять секунд времени, после чего нарисовать то, что успел запомнить. У меня и своих методик тренировки памяти хватает, и будьте уверены, я их использую, но и от такого начала учебы не отказываюсь. Лишний тренинг не помешает.

В моем прежнем мире ведьмачество не давало автоматом хорошую память, ее, как и другие навыки, приходилось тренировать, так что к моменту смерти память у меня была идеальная, да вот беда: штука эта не зависела от твоего духа, и попав сюда, все пришлось тренировать заново.

Почему у меня вообще остались знания того мира – вот это вопрос вопросов, но относится он к технической, так сказать, стороне дела, а об этом Шинигами мог только мычать. У него банально не было нужных слов для объяснения. Да и съезжал он с этой темы постоянно.