Воронеж 20.40. Красная книга Алёши

 – Странно другое, как она вообще здесь оказалась?

В это время в сотнях метров от девушек дизельная подводная лодка Siberia начала очередное погружение. Лодка, которой не могло здесь быть. Лодка, которую искали военные в Москве, Севастополе, может, и в Турции какой-нибудь искали, но что нам теперь до Турции!?

– С ума сойти, – повторила Алина и, уже привыкнув за долгие годы выживания не верить своим глазам и ушам, пошла по следу, который становился все менее и менее заметным.

Сова, сунув бинокль в карман, побрела следом.

Пройдя с километр, девушки остановились у места, с которого была хорошо видна развилка дороги. Песок здесь заканчивался, дальше шел твердый грунт с вкраплениями мелкого щебня и битого кирпича.

В этом месте след машины снова прервался, будто неведомая сила подняла ее в воздух и перенесла подальше от людских глаз.

– Глянь, следы исчезли, – снова заволновалась Сова.

– Вижу. Как будто она прыгнула вперед, – тихим голосом ответила Алина, рассматривая место.

Дальше на песке виднелись небольшие полоски непонятного происхождения.

Алина присела, достала нож, неглубоко им копнула. В то же мгновенье ей стало ясно, откуда взялись эти полоски, и где именно прервался крик Рыжь. Алина смотрела и не могла поверить – сквозь песок проступала коричневая кровь, как будто ожидая прихода девушек. А рядом валялась цепочка с маленьким серебряным крестиком. Алина подняла крестик и сунула его в карман. Это был крестик подруги. Это была кровь Рыжь.

– Алин… Алин, пойдем отсюда, а? Пожалуйста, – взмолилась Сова.

– Сейчас пойдем, – процедила сквозь зубы Алина, – пойдем и найдем эту сволочь!

Ее маленькие кулачки неистово сжались, ногти впились в ладони, причиняя боль, но Алина этого не чувствовала, размышляя, по какой дороге уехала машина смерти.

– Алин, пошли, нам ночлег найти нужно, да и поесть не мешало бы, вот только нет у нас ничего. А завтра с утра продолжим.

– Погоди, – проговорила Алина, пытаясь собрать воедино мысли, но кровь стучала в висках, мешая ей думать; она стояла на месте, глубоко вдыхая и пытаясь успокоить бурю, бушевавшую в груди.

– Дом вот тот видишь? – Алина указала на панельную девятиэтажку, неплохо сохранившуюся в этом «собачьем аду». – Туда идем!

– Поняла, – ответила Сова, вновь доставая бинокль.

– У тебя сухари остались? – спросила Алина.

– Один.

– Ясно, – она подняла среднего размера деревянный ящик, протянула его Сове. – Птиц ловить будем.

– Как это? – уточнила Сова.