Убивая маску. Вторая часть

– Почти? – удивился Аурелио. – Осталось ещё что-то?

– С памятью у вас не очень, – покачал головой Аматэру, на что Аурелио пришлось промолчать. Гордость гордостью, но артефакт всё ещё не у них. – Вы забыли о слабой женщине, которую Юлии травили целый вечер.

Кояма Кагами, ну конечно. Аурелио и забыл о ней уже, а не должен был. В досье на главу Аматэру чёрным по белому написано, что Кояма его чуть ли не вырастили. Не мог он оставить эпизод с ней без внимания.

– Не снимая с Рода вины, хочу заметить, что это был приказ Древнего, – начал торговаться Аурелио.

– Да мне плевать, – ответил на это Аматэру. – Серьёзно, милорд, поставьте себя на моё место. Представьте, что какие-нибудь Ногарола пригласили на свой приём вашу… ну, пусть будет мать. Или любую другую близкую женщину. А потом весь вечер её унижали. А когда вы пришли за ответом, вам выдают, что они не виноваты, их Фабии заставили так поступить! И что вы на это скажете?

– Мне плевать, – пришлось согласиться Аурелио.

 – Я понимаю вашу позицию, просто прошу учесть нюансы.

– Господин Юлий, – покачал головой Аматэру. – Я не собираюсь предъявлять вам ценник. Мне проще спросить Кагами – удовлетворена ли она вашими извинениями? Про ситуацию с артефактом она, кстати, не знает. Но сразу предупреждаю – вам это не сильно поможет. Женщина она мстительная и крайне стервозная.

– Теперь понятно, в кого вы выросли, – вздохнул Аурелио.

– Хм, – задумался Аматэру. – Да не, я добрее.

Глава 19

Если бы не Синдзи, Кагами не пошла бы на приём к Юлиям, но её мальчик, когда узнал о приглашении, посоветовал сходить.

И вот теперь она стояла посреди двора их поместья, среди других приглашённых, и с удивлением смотрела на коленопреклонённого главу Рода Юлиев, который на хорошем немецком приносил извинения за причинённые ей обиды. Чуть приподняв подбородок, Кагами бросила быстрый взгляд на толпу гостей, которые с неменьшим удивлением наблюдали за Аурелио. Это был сильный ход. Да, он стоял на одном колене, но Европа не Япония, здесь это чуть ли аналог догедзу, когда просящий вставал на колени и касался лбом земли.

– Из вас сейчас получилась бы отличная скульптура, – произнесла Кагами. – “Простить и забыть”. Но меня такая безвкусица не привлекает.

И развернувшись, пошла в сторону выхода.

Главное событие приёма, судя по всему, произошло. Именно ради него Синдзи посоветовал сюда прийти, а раз так, можно и в отель возвращаться.