Невидимое

Во дворе ютилась разная скотина – поросята, овцы, куры, утки, кролики и охраняющий их старый хромой пес Тихон. Коров и коз Мельников не держал с тех пор, как умерла его жена, не хотел возиться с дойкой.

Вокруг дома на сорока сотках земли, по местным мерках это немного, раскинулся фруктовый сад и огород. Он был огорожен высоким деревянным забором. Деревья в нем стояли в основном старые – вишни, яблони, груши. Плоды их измельчали и висели высоко от земли. Стволы деревьев поросли каким-то белым грибком, а ближе к земле было много сухих веток.

К ним не всегда получалось подойти, так как вокруг раскинулись заросли малины. В гуще плодовых деревьев прятались покосившиеся сараи и прочие подсобные постройки. Огород выглядел более окультуренным, аккуратным. Картофельные борозды соседствовали с грядками капуты, свеклы, лука, чеснока и моркови. Огурцам, помидорам и перцам было отведено место в теплице, сложенной из старых деревянных рам.

Быстро проехав через всю деревню, мерседес Алевтины благополучно остановился напротив вотчины Василия Васильевича, где уже стояли: повидавший виды серый фольксваген пассат, принадлежавший мужу Ирины Павлу, внедорожник мерседес, как у сестры, Полины и черный хозяйский нисан патроль.

Чуть в стороне стояли еще несколько машин, которые принадлежали, вероятно, родственникам тестя и гостям.

Отворилась огромная калитка и навстречу гостям вышел хозяин.

Александр подошел к тестю. Тот ожидал его под поветкой.

– Здравствуйте, Василий Васильевич.

Мельников поглядел хитро прищуренными глазами на Александра и, улыбнувшись, обнял его, взъерошив ему волосы, как иногда делают мальчишкам их любящие отцы.

– Приехал, наконец. Ну, здравствуй, мой любимый зять. Мне есть о чем с тобой серьезно поговорить.

В этот момент из-за спины Василия Васильевича показалась его младшая дочь Полина.

– Пока, зять! Пока!

Глава 3. Праздник

Ночь практически вступила в свои права. Но июньская тьма неверна. На севере, у горизонта, она всегда освещена светлой полосой, отсветом не желающего спать солнца.

В зените небо залило чернильно-черным цветом, на фоне которого ярко сверкали звезды.

Александр гостил у тестя почти сутки. Он сидел за праздничным столом уже который час, отмечая юбилей Василия Васильевича, и был сильно пьян, с избытком залив свои душевные страдания.

Стол ломился от угощения. Хозяин не жалел еды и потратился основательно. Так как было тепло, то столы установили прямо перед домом буквой «т».