Понтификум. Пепел и грех

Остальные лорды и леди довольствуются одним, – сказала Аристея и пристально посмотрела на своего учителя. Тот хитро улыбнулся и присел рядом.

– Я бы не отказался быть патриархом Герба, Аристея, но, увы, я всего лишь беглый круциарий, как и ты. Таинству сигилов меня научили другие беглецы. Если бы не это знание, я бы не вытащил тебя из Пурпурных покоев.

– Не напоминайте мне про узилище, доминус, – девушка опустила голову. – Вы не сидели там несколько месяцев среди кристаллов, которые причиняют носителям мизерикордии нестерпимую боль.

Вас там не было, – голос Аристеи сделался жёстким.

– Прости, девочка. Не хотел бередить старые раны.

– О, муки Пурпурных покоев покажутся сладким сном, если нас найдут силентиары. Даже наших общих сил не хватит, чтобы избавиться хотя бы от одной этой твари. Я слышала, что мизерикордия бессильна против них, – Аристея протянула руки к костру.

– Я не буду тешить тебя пустыми надеждами, что есть способ одолеть их, но в этот проклятый край они сунутся в последнюю очередь.

Голодные топи могут поглотить даже силентиара, – Валеад поднялся и снял с пояса один из колокольчиков. – Но хватит о мрачных силах, которые нам противостоят, лучше попробуем узнать, как ты контролируешь плетение мизерикордии.

– Вы выглядите нездоровым, доминус. Отдохните. Я вижу, что отвар забрал большую часть сил, – Аристея обеспокоенно смотрела на своего учителя и внутри зарождались первые ростки страха. Что, если Валеад не доведёт обещанное дело до конца? Она снова останется одна.

Снова будет скитаться по землям Понтификума, пока её не отыщут охотники за мизерикордией.

– Я привычен к действию эликсира Греховного Сна. Дело в ней, – Валеад извлёк из сумки иглу. Сталь блеснула в свете костра. – Сигил не берётся из ниоткуда. Даже порошок фленитита не дает возможности управлять мизерикордией. Только верно составив узор, соединив нити плетения с твоей душой, можно напитать сигил силой. Но это… – Валеад поморщился, попытался унять дрожь в руках. – Это пройдёт.

Лучше бы тебе обуздать плетение и научиться хорошенько управлять нитями, девочка, чтобы мои старания не пропали даром.

Аристея поднялась и приняла белый колокольчик. Несмотря на небольшой размер, он был довольно тяжел.

– Доминус, а почему бы не делать колокольчики из более лёгких металлов?

– Увы, Аристея, только когитион способен извлекать из себя сопоставимый с мизерикордией звук. Только круциарии могут слышать, как они звучат, и в этом наше преимущество.