Понтификум. Пепел и грех

Кровь стучала в висках, сердце бешено колотилось, стук копыт разрывал тишину. Одна из фигур почти коснулась девушки ржавым серпом, но Валеад схватил Аристею и рывком поднял на круп. – Держись! – вспарывая землю, конь нёсся через сумеречный лес, а из-за деревьев выходили всё новые и новые грехи. Безмолвными фантомами следовали они за ними. Впереди замерцали голубоватые огни, а Валеад всё быстрее и быстрее гнал скакуна. «Благословенное пламя! Грехи через него не пройдут!» – мысли рассекали разум доминуса.

Спустя несколько ударов сердца беглецы выскочили на поляну. В глаза ударил яркий свет луны, ослепив Валеада. Он натянул поводья, останавливая коня и оглянулся. Окружавшая поляну чаща затихла. Мелодичную песнь цикад прервал грубый голос:

– Эй, вы там, мужик с девкой! Чёй-та припёрлись к нам в деревеньку? Чёй-та молчишь, будто водицы в рот набрал? Пасть раззявливай, да говори, кто такие! – в грудь Валеаду упёрлось проржавевшее остриё. На другом конце копья находился бородатый оборванец, грозно скаливший остатки чёрных зубов.

«Падаль, вот мы и прибыли» – тяжело вздохнул Валеад и приготовился объясниться.

Глава 4

Стальной Лик. Да, ваше ступившее во тьму сиятельство?

– Послушай, Айрус, хватит строить из себя единственного петуха среди кучи куриц. Не скажешь ты, найду другого из легиона лорда Тираля. Три сотни золотых ведисов ты не получишь и за пять лет здешней службы. Так что прекрати воротить нос, будто от старой шлюхи, и скажи, что замышляет его светлость, – в прохудившейся палатке пахло несвежим сеном, застарелым потом и оружейным маслом.

За грубо сколоченным столом сидело двое: невысокий человек в клёпаном доспехе, капюшоне и стальной маске и воин в потрёпанной кирасе.

– Думаешь, что я предам своего господина за жёлтые кругляши, Стальной Лик? – мужчина нервно перебирал пальцами по стоявшему рядом шлему. Тот отзывался глухим звуком.

– Я думаю, что зря у тебя вторая рука на рукояти меча лежит, солдатик.

Буран за пологом, драть его в сраку, как и поганых еретиков, не даст разглядеть, что тут у нас происходит, будь у дозорного хоть шесть глаз. Так что бросай играть храброго святого воина и подумай головой, – человек в маске перегнулся через стол и указал на гербовый щит, который Айрус прислонил к табурету. На левой половине всходило белое солнце, на правой же – чёрная луна.