Понтификум. Пепел и грех

Белая, почти прозрачная, кожа придавала ей сходство с призраком.

– Действительно, лорд Тираль. Отмеченные Скорбящим – большая редкость.

– Скажи мне, дитя, готова ли ты стать светом, который разгонит тьму греха в моей душе? – лорд ласково провёл рукой по волосам девочки. Она отпрянула, будто прикосновения причиняли ей боль.

– Я лишь проводник воли Скорбящего. Если ему будет угодно, ты очистишься, лорд, – Лик от удивления машинально сотворил двуперстие. Он не ожидал услышать такое из уст маленькой девочки.

Этот чистый и мощный голос он слышал, казалось, вечность назад. Больше она не была напугана. Бесцветные, будто мёртвые, глаза смотрели на Тираля, и убийце показалось, что на самодовольном лице лорда промелькнула тень страха.

– Пожалуй, слишком давно электи не было на исповеди. Я успел отвыкнуть от них, – Тираль улыбнулся. – Тебе всё равно придётся привыкнуть к прикосновениям, дитя. Раздевайся и полезай в бадью.

Девочка подчинилась. Туника упала на ковёр, обнажая нескладное худое тело.

Тираль потирал руки, плотоядно ухмыляясь. Поросячьи глазки пожирали маленькую электи.

– Чего это ты глаза опустил, Децимиус? Столько раз исповедовал меня, а теперь что, стыдно стало? – Тираль усмехнулся и тоже принялся снимать одежду.

– Вспомнил одного человека, мой лорд, только и всего, – сказал Лик, и по щеке убийцы скатилась одинокая слеза.

– Только нюни не распускайте, ваше святейшество, – ехидно произнёс Тираль, избавляясь от расшитого драгоценными камнями дублета*.

 – Мне не нужен расчувствовавшийся служитель Скорбящего. Мне нужен исповедник, который знает своё дело, – мужчина похлопал себя по огромному животу. – Слишком много грехов скопилось у меня. Как только я окажусь рядом с этой милой маленькой божественной избранницей, ты перестанешь стоять столбом и окажешься у бадьи.

Лик только растерянно кивнул. Он не слышал половины слов толстяка Тираля. Убийца всё смотрел на электи, которая опустилась в тёплую воду и закрыла глаза, предпочитая не видеть борова, у которого этой ночью назначена случка.

– Кайлесса… – едва слышно прошептал Лик. Непрошеные воспоминания захлестнули, подобно бешеному потоку, и унесли его прочь из палатки лорда.

***

– Мы ведь всегда будем вместе, да, Вариэль? – маленькая девочка смотрела на неказистого мальчугана, сжимая в руках ярко-красный цветок. Тёплое летнее солнце освещало раскидистый вяз, в тени которого и сидели дети.