Помощь деньгами и кровью

Раздался тихий щелчок, дверь дрогнула. Илья распахнул ее и мигом оказался на третьем этаже. Дверь в квартиру оказалась приоткрыта, Илья вошел, аккуратно захлопнул ее и остановился в полной темноте. Постоял в коридоре, привыкая к полумраку, и первым делом прошел в кухню, прислушался. Тихо, только с улицы доносятся вопли подгулявших подростков, да орет где-то кошка. Из комнат не доносилось ни звука, Илья вытащил из-за ремня «таурус» и первым делом выщелкнул барабан, высыпал патроны. На ладонь упали семь холодных цилиндрика, Илья зажал их в кулаке, постоял так и загнал патроны на место.

Из коридора послышался тихий шорох, Илья сунул револьвер в холодильник и едва успел захлопнуть его, как в кухне появилась Машка.

Светлая, в белой пижамке, она маячила в полумраке как маленькое привидение, переминалась с ноги на ногу и терла глаза. Илья подхватил Машу на руки, дочка ткнулась лбом ему в плечо.

– Ты чего? – прошептал Илья, – почему не спишь?

– Я тебя ждала, – Машка обняла отца за шею.

Пробормотала что-то невнятное и заснула. Илья понес ее в кровать, и в коридоре столкнулся со Светой. Та молча забрала у него Машку и закрыла перед носом дверь детской. Илья метнулся в кухню, сунул револьвер под пиджак и закрылся в ванной. Замотал «таурус» в пиджак, умылся, посидел на краю ванной, собираясь с духом. И пошел сдаваться.

Маша, укрытая до подбородка, спала в своей кроватке. Илья поправил ей волосы, поцеловал в щечку и сел на край дивана. Светка лежала, отвернувшись к стене, и делала вид, что спала.

– Свет, прости, пожалуйста. Я сам не знаю, как это получилось. Выпил-то немного…

И нисколько душой при этом не кривил, он правда, не помнил момент удара. «Локальная амнезия» после «первой» смерти в танковой яме накрывала с той поры раза два или три всего. Илья зажмурился, и снова увидел перемазанного грязью молодого и злого Вишнякова, да так отчетливо увидел, точно тот рядом стоял. И орал при этом: «куда собрался, скотина? На меня смотри, сволочуга, на меня!».

Илья уставился в темноту. Никакого Вишнякова, разумеется, тут не было, он давно дрых в своих хоромах на последнем этаже новой высотки. В кроватке завозилась Машка, перевернулась на другой бок и засопела. Светка плотнее закуталась в одеяло.

– Свет, – Илья придвинулся ближе, – ну прости, пожалуйста. Я виноват.

– Не подход ко мне, скотина, – негромко сказала жена, – пошел к черту. Проваливай. А если Машку разбудишь – убью.