Умри Убей Воскресни

Тот опасливо толкал полудохлую суку черенком лопаты, и смотрел то на Мишку, то на Макса. Тот кинулся к пацану, приподнял одно веко, другое – рефлексы есть, мальчишка жив, но без сознания, болевой шок. И слава богу, что отключился, странно, что так долго держался. «Видел или нет?» – кольнула мыслишка, но Макс ее отогнал, решив, что пацана допрашивать не будут, а если и будут, но недели через две-три, когда он в себя придет и все забудет.

– Сука, – выдохнул сосед, поправляя треники, – вот тварь, мать ее. Всех задолбала.

Я ее сам грохнуть хотел, она мне под забор подкапывалась и во дворе гадила. Чем ты ее?

– Отверткой, – соврал Макс, – ткнул ей два раза в бок. В горло побоялся, мог Мишку задеть.

– Жив он? – сосед опасливо подошел к Мишке, наклонился.

– Спаси, сохрани и помилуй, – он перекрестился, – она ему что – руку откусила?

Мишка лежал на спине, а его левая рука привычно выглядела только в области плеча, все, что ниже локтя, превратилось в лохмотья, почему-то белого цвета, и лежали они отдельно, точно сами по себе, через них виднелась трава.

Угадывался кулак со сжатыми пальцами, обрывок тонкого поводка, а все, что было выше, принадлежало кому-то другому.

– Стафф бычью ногу может перекусить, – мужик отвернулся, судорожно сглотнул. – «Скорую» надо.

– Вызвали. – Макс присел на корточки рядом с Мишкой, зачем-то положил ему ладонь на голову. «Нормально все будет, не плачь» – крутилось в голове, но Мишка не плакал, зато сука выла, скулила, дергалась, как в агонии, изогнулась вокруг березы точно змея, и грызла выступивший из земли корень.

– Давай ее грохнем. – Сосед замахнулся облепленной землей лопатой, – а то вдруг выживет.

– Сдохнет, – не оборачиваясь, сказал Макс. Ему почему-то казалось, что если он отойдет от мальчишки, то Мишка сразу умрет, поэтому уходить нельзя.

Послышались глухие удары – сосед колотил суку лопатой, как прикладом, ловко держал шанцевый инструмент, при каждом ударе желал твари подохнуть помедленнее и в муках, потом заорал, раздался звон.

Макс обернулся – сука из последних сил огрызнулась и ухватила мужика за ногу, тяпнула несильно, но ощутимо. Мужик заорал на всю деревню, отбежал к забору, задрал штанину и принялся осматривать длинную рану от клыков. «Надо было третью ей влепить» – Макс отвернулся, рукавом куртки стер Мишке со лба кровь. Не его, собачью, на голове у мальчишки не было даже царапины, не считая ссадины на щеке. «Ничего, все будет хорошо» – Макс поднял голову, и увидел Настю.