Иммигрантский Дневник

– Мюнхен!

– Стой! Нах Штутгарт?

Все едут куда угодно, но только не туда, куда мне надо. Автобан ревет, как чудовище. Как циклоп, которому Одиссей только что выколол глаз. И в ослепляющем свете, в брызгах из-под колес от длинных шлейфов воды, оставляемых героями этой безумной гонки в воздухе за собой, солнце рассеивается на составляющие цвета.

Тепло немецкого юга ласкало спину под курткой. Надо спешить! Ведь в Марселе смех знойных красоток и кроны пальм купаются в облаках. Там горы, субтропический лес.

Там пляж, и там ждут корабли. В отличие от магазинчика, находящегося в ста метрах, может быть, ждут меня. В конце концов, граф Монте-Кристо – авторитетный персонаж из книжки Александра Дюма – жил в городе на Средиземном Море.

Бывает, на принятие судьбоносного решения нужны годы, месяцы, недели. Мы думаем, замерев в равновесии между страхом и выгодой, так и не решаясь на первый шаг, боясь потерять пульт управления под диваном и ежемесячное жалование на работе. Но, оказавшись в пути, без дома и денег, все-таки начинаем игру, в которой проигрыша быть не должно.

Поехав в Мюнхен, я отклонялся от намеченного пути, зато приближался к другой теплой стране – Италии. Принимая во внимание размеры Мюнхена и жирные оранжевые линии автобанов, звездой исходившие из этой точки на карте, что мне давало возможность маневрировать удобнее, чем с бензоколонки «Фойхт», я решил поменять курс.

2

Вскоре меня подобрал итальянец с глубоко посаженными грустными глазами и пухленьким животиком.

Земляк Пиноккио владел немецким не намного лучше его нового попутчика:

– Си-си. Монако. Их фарен Монако, – так на его языке значится Мюнхен. Итальянский выговор обладает свойством превращать любого пекаря в пиццерии в звезду экрана. Восседал итальянец, подобно разрекламированному гиганту, вальяжно развалившись, втянув с силой голову и положив уши на плечи.

Неловкость мешала беседе. По выражению его лица и двусмысленным взглядам на мои ноги, я догадался, что от них исходит запах, не делающий мне чести.

С ужасом подумалось о давным-давно не чищеных зубах и всклокоченной голове. Изможденным видом, в штанах с заплаткой и куртке «Made in Mongolia» я смахивал на молодого наркомана, уверенно вступающего в маргинальное будущее. Строгого поглядывания итальянца в мою сторону не смягчило волшебное «ай эм э стюдент». Заметив дорожный знак с символом бензоколонки, он притормозил и въехал на стоянку.