Добро должно быть с кулаками

Ясно?

– Может, и не брешет? – покачал головой грузчик, подразнивая дворника.

Спор разгорелся по новой. Усмехнувшись, Виктор пошёл осматривать дом. Был он побольше хозяйского. Несколько маленьких комнат, клетушек, служили спальнями обитателям дома. На большой кухне возились три среднего возраста женщины и две молодайки. Детей Виктор не заметил. Может их не было, а может, находились в другом месте.

Покинув дом, Виктор огляделся. Рядом высилось ещё какое-то строение. Подойдя ближе, он почувствовал запах навоза и услышал всхрап лошади.

– Ага, конюшня тут. Ну, всё ясно.

Дождавшись, когда женщина вернётся, Виктор “усыпил” всю челядь и, связав, разнёс по клетушкам, положив на топчаны. Погасив в печи огонь, направился к хозяйскому дому. Хозяин с помощником всё ещё что-то считали. “Усыпив” их и связав, Виктор забрал ключи от амбара и дома. Найденные деньги сложил в мешок и оставил у порога.

Покинув двор, он запер ворота и направился к следующему помеченному купцу. К утру шесть дворов были подготовлены к “приватизации”.

Заночевав в последнем, утром Виктор был на пристани. Атаман с подводами уже ждал.

– Поехали, – махнул рукой мальчик и запрыгнул на первую подводу. Подъехав ко двору купца, он отпер ворота и амбар и велел забирать всё зерно. Атаман вопросительно уставился на Виктора.

– Выгребай, – усмехнулся тот, – за всё заплачено. – Кровью и потом, – добавил про себя.

С последней телегой были увезены со двора и хозяин с казной, и помощник с тетрадями. Весь день люди атамана возили к пристани мешки из указанных мальчиком дворов.

Лишь к утру следующего дня эти мешки были переправлены на другой берег. К удивлению Виктора, а ещё большему атамана, никто не проявил внимания к их перевозкам. Наверное, потому, что рядом происходила такая же суета. Вечером Виктора отыскал Кузьма и, отведя в сторону, зашептал.

– Слушай, волхв, тут караван большой прибыл из низов. Зерно привёз. Но здесь они его разгружать не собираются. Пойдут дальше, к волоку. Там перейдут в другую реку и на Москву или Псков.

Из Пскова и до Литвы рукой подать.

– Чей караван?

– Персы или евреи с солёного моря.

– Пошли, посмотрим, – кивнул Виктор. – Здесь они что, остановились?

– Так пошлину городу за проход надо платить, – развёл руками парнишка.

– Пошлину, говоришь? Пошлина – это хорошо.

В верхней точке залива стояло пятнадцать больших барж. Виктор пересчитал их, пока спускались к пристани. На берегу вокруг костров сидело человек триста, а может, и более.