Война, которая закончит все войны

Проститутка натянула короткую майку, повела костлявыми плечами и ободряюще улыбнулась ему – иди, мол, семи смертям не бывать… Женя ссутулился и побрел навстречу Егору, поравнялся с ним, и умоляюще смотрел в глаза. Вернее, глянул один раз, и зажмурился, Егор рванул его за плечо и выкинул в коридор. Матвеева шарахнулась к окну, Женя врезался в стенку и неожиданно резко развернулся, рыпнулся к лестнице, но Егор оказался у него на пути.

– Тебя предупреждали? – он шагнул к управляющему, и Женя попятился, – тебе говорили, скотина?

Тот затряс тощей бороденкой, что-то вякнул, и тут Егор не выдержал – врезал ему кулаком в живот.

Женя побледнел еще больше, задохнулся, взмахнул руками, и охватил еще раз, уже в правое подреберье. Удар был вполсилы, но этого хватило – Женю отнесло к окну, Матвеева отскочила за спину Егору, и оттуда глядела на свое побитое начальство. Из номера не доносилось ни звука, что было фирменным стилем работы Павлова – он всегда старался улаживать дела без лишнего шума. Юрка куда-то подевался, Егор мельком глянул на Матвееву, и та отбежала почти к лестнице. Тетка сообразила моментально – номеров на этаже всего три, и в одном живет нормальная парочка: ребята устроили себе медовый месяц вдали о суеты, и наслаждались друг другом. Сейчас их номер пустовал, но мало ли, принесет нелегкая. И точно:

– Извините, там труба потекла, – профессионально поставленным голосом возвестила Матвеева – в прошлом она была учителем начальных классов, и привычка говорить громко и безапелляционно въелась ей в подкорку.

– Специалисты уже устраняют проблему, – заявила она, закрывая собой проход на второй этаж, и Егор заторопился. Подошел к Жене, оглядел его с головы до ног, и врезал еще раз, уже в левую часть тощей тушки, врезал от души, вложив в удар и досаду на себя: ну как можно было так ошибиться? Что ему еще надо: и деньги хорошие получал, и жил бесплатно в отличном номере, и кормили его даром? Ну что за люди, кому верить?..

– Убьешь, – спокойно сказал Павлов, глядя на согнутого дугой Женю, – не бери грех на душу.

– Не убью. – Егор вытер платком руки, скомкал, бросил управляющему под ноги, – ты ж меня сам учил.

Тут он малость слукавил – последний удар был сильнее, чем требовалось. Женя сполз по стенке, сжался у плинтуса, обхватив руками живот. Павлов подошел, оглядел управляющего, поднял ему голову, оттянул веки. Женя что-то промычал, и Павлов попятился.

– Не подох, – констатировал он.