Губы цвета лайм

Наконец Макс, благодаря более яркому освещению от свисавших с козырька плафонов, смог разглядеть незнакомку, а то что они незнакомы теперь он мог сказать точно – эту женщину он раньше никогда не видел, а то бы наверняка запомнил. Такую очаровашку забыть было бы проблематично. Как истинный ценитель прекрасного, Макс быстро, но придирчиво осмотрел дамочку, как говорится с ног до головы. Черные туфельки на длинном каблуке. Тонкие икры, обтянутые черными колготками. Черное же обтягивающее вечернее платье, длинной чуть ниже колен, которое подчеркивало все достоинства её фигуры (недостатков, которые нужно было бы скрыть, Макс не увидел).

Оголенные плечи, тонкие запястья и тонкие же и длинные пальцы, в которых женщина держала бутылку и две узких рюмки клиновидной формы. Для кого вторая рюмка, Макс даже не гадал – кроме него и её на террасе, по странному стечению обстоятельств, больше никого не было.

Да, что-то отвлекся!

Итак, тонкая шея, обрамленная аккуратным каре. Длинная прядь волос скрывает глаза.

Из-под челки виден лишь отблеск огоньков в радужной оболочке. Точенный носик. Остренький подбородок.

Стоп! А это что?!

Это её приоткрытый в обольщающей улыбке ротик! Точнее, её чувственные губы. Губы, покрытые атласной помадой, создававшей легкое переливчатое мерцание. Но даже не магическая роскошь шелка притягивала взгляд Макса и заставила учащенно забиться его сердце, а цвет, да-да, именно цвет её губ. Яркий, насыщенный, где-то на грани желтого и зеленого оттенков, но ближе к тёмно-зелёному.

Такой неестественный для женских губ, и такой… манящий.

Цвет лайм – наконец определился Макс и сглотнул от волнения.

Точно!

Губы цвета лайм!

Тем временем незнакомка продолжала медленно приближаться, демонстрируя элегантную походку и грацию дикой кошки. Узкие бедра, казавшиеся крутыми из-за тонкой талии, волнительно покачивались в такт шагам. Но совсем не это заставляло учащенно биться сердце Макса, и даже не глубокое декольте, открывавшее волнующую ложбинку между грудей.

Макс, несмотря на плескавшийся в крови алкоголь, чувствовал, что с приближением незнакомки все сложнее сохранять присущее ему в таких ситуациях олимпийское спокойствие. Опершись спиной о парапет, он скрестил руки на груди, чтобы скрыть внезапно возникшую дрожь в пальцах. Дрожь вожделения. Максим понимал, что виной этому губы женщины, точнее их цвет. Чертов цвет лайм! Он не мог отвести глаз от этих дьявольски притягательных губ.