Похоже, я доигрался. Том 1

А что?

– Эх, – она вздохнула и с уставшим видом поднялась с кресла. – Да так, ничего… – странным взглядом посмотрела на пустой стакан с каплями шоколада и отпечатком красной помады. – Всё, вали отсюда.

– Слушаюсь, о прекрасная госпожа, – поклонился я и быстрым шагом направился по коридору.

О Боги, если вы слышите, удалите из реальности главу пятого отдела хоть на десять минут. До свободы считанные километры, но пока приём документов не подтвердит глава бухгалтерии возле стоек регистрации, формально Артур Степпен всё ещё основной работник АльтерИнк.

Учитывая странную политику штрафов и наказаний компании, если на меня доложат, то увольнение отодвинется на неопределённый срок до разрешения ситуации. А чтоб вы знали, лысый хрыч прекрасно чешет языком, от чего и получил столь высокую должность. И если в последние минуты рабства меня запрягут работой, то я повешу…

Да твою мать! Вот он стоит!

И что прикажете делать? Развернуться и пойти в обход? Я и так выделяюсь белым халатом и ангельской красотой, так что при подобном манёвре вряд ли останусь незамеченным.

Постараться пройти мимо? Вряд ли получится, ибо этот боров, похоже, чует всё ему необходимое, в том числе и трюфели. Остаётся лишь один, самый трудный для психики вариант.

Я вздохнул и почесал место возле круглого процессора на шее.

Каждый уважающий себя человек в шестнадцать лет устанавливает нейромодуль, а потому не стоит даже упоминать о наличии таковых у всех сотрудников АльтерИнк.

И впрямь, подобное устройство в миллиард раз улучшает жизнь. Но за удобством и полезностью стоит один существенный минус.

Всё, что имеет связь с сетью – можно взломать.

Многие люди считают меня нарциссом и имеют право, ибо в ответ на вопрос о причине столь резкого скачка по карьерной лестнице всегда говорю одно и то же: “Потому что я гений”. Звучит действительно самовлюблённо и мерзко, но другого объяснения просто нет.

Дело в том, что я родился с синдромом саванта – редкое состояние, когда отклонение в развитии компенсируется "островом гениальности".

В моём случае – математика.

Как бы я ни старался, цифры прыгали в сознании и не давали себя осмыслить. Меня считали своего рода отсталым, на что имели увесистые доказательства. Именно эта черта служила поводом для избиения, и однажды я даже едва не погиб после очередного “развлечения” сверстников. Едва стоящий на ногах, я шатался по незнакомым улицам в поисках помощи.