Ожерелье княжны Гальшки

Лучше сказала бы, чтобы решал сам.

Княгиня Александра словно прочла его мысли:

– Илья – человек взрослый…

– Взрослый? – князь негодующе посмотрел на жену.

Никак не отреагировав на это, она продолжала:

– Поскольку взрослый, от него все и зависит.

– Мать! Ты понимаешь, о чем говоришь? – Константин Иванович перешел на крик. – В какое положение меня ставишь?

Понять князя Острожского можно было. Помолвка детей, совершенная в детстве, на обе стороны возлагала немалые обязательства, становясь своего рода законом.

А тот, кто нарушал его, если другая сторона не соглашалась расторгнуть брачный контракт, мог предстать перед судом. Мало того, общество осудило бы его как не сдержавшего данное слово.

Княгиня попыталась успокоить мужа:

– Надо поехать к князю Юрию и поговорить по душам…

– Не поеду! Никогда! – тем самым Константин Иванович дал понять, что это его окончательное решение, а, зная характер Острожского, нетрудно было представить, что так и случится.

И обратился к сыну: – Не нравится Барбара?

– Да не в том дело.

– А в чем?

– Я должен сам решить, на ком жениться!

– Сам? Что-то слишком рано повзрослел!

Илья ничего не ответил.

Промолчала и княгиня Александра.

Это молчание Острожский расценил по-своему:

– Вы что, сговорились?

Но Илья и мачеха продолжали молчать, будто набрав в рот воды. Они хорошо знали, что только спокойствием можно унять гнев князя, иначе совсем выйдет из себя, и тогда добра не ожидай.

У Константина Ивановича от злобы лицо перекосилось, ресницы нервно задергались. Он быстрыми шагами то измерял комнату, то, будто статуя, застывал на месте.

– Что же мне делать? – в его словах чувствовалось отчаяние.

Он адресовывал их не Илье, не жене, а самому себе, произносил вслух потому, что ситуация сложилась очень сложная, и не находил из нее выхода. Все-таки старшего сына он сильно любил и обычно старался не навязывать ему свою волю.

– Ничего не нужно делать, – осмелилась нарушить молчание княгиня Александра.

– Ничего?

– Ничего.

– Не понимаю тебя.

– Пусть Илья сам разбирается…

– Илья? – Константин Иванович ничего не понимал.

– А я, папа, согласен.

– В чем?

– Неужели ты не догадываешься? – опередила пасынка княгиня. – Илья едет к Радзивиллу и просит, чтобы тот расторгнул брачный контракт. – И продолжила, обращаясь к Илье: – Так я поняла, сынок?

– Конечно, сам все и улажу.