Лиллехейм. Волчий ветер

Правда, это состояние не длилось дольше двух секунд.

– Леннарт, ты кретин. Диана прекрасно владеет норвежским.

– А еще я прекрасно владею собой, – подчеркнула Диана и добавила: – Диана Хегай, буду работать с вами до конца августа. Что мы имеем по аномалии?

– Ну, у нас в наличии какая-то несуразица, – произнесла Ингвилль, показывая на экран. – Эта штука должна либо рассеяться на запад, либо обрести чечевицеобразную форму, характерную для горной местности, и тоже со временем расползтись. Но этого по какой-то причине не происходит.

– Это магия! – пропел сладким голоском Леннарт.

– Насколько я знаю, в «Химмелфангере» есть два метеозонда, – в задумчивости произнесла Диана. – Предлагаю выстрелить первым из них, как пробкой от шампанского. Что скажешь, Эрик?

Тот расплылся в широкой улыбке, раздвинувшей рыжую бороду:

– Скажу, что пора доставать фужеры.

– Есть! – хлопнул в ладоши Леннарт и умчался в кладовку доставать компоненты метеозонда.

Захватив пачку сигарет, лежавшую рядом с клавиатурой, Ингвилль направилась к задней двери.

– Вы идете? – спросила она. – Метеозонд, знаете ли, через печную трубу не вылетит.

– Мы нагоним. – Убедившись, что девушка ушла, Диана повернулась к Эрику: – От меня действительно как-то неприятно пахнет?

Старший метеоролог ощутил, как его обдало жаром. Ему только что в том или ином виде дама предложила обнюхать себя. Он чуть наклонился к ней, удивленно заметив жилку на ее шее, и осторожно принюхался.

Пахло женщиной – обнаженной и ждущей самца.

Эрику вдруг стало жутко. Словно он сумел опознать зверя противоположного пола, потому что сам являлся таковым.

– Все в порядке. Чудесный запах. Я поговорю с Леннартом, чтобы он поменьше болтал.

– Спасибо. Сумасшедший день.

Они вышли наружу следом за Ингвилль.

На небольшой площадке, предназначенной для пуска метеозонда, Леннарт как раз заканчивал перепроверять крепление строп, сцеплявших бесформенную пластиковую оболочку и пятикилограммовый контейнер с аппаратурой.

Электронные термограф, барометр, гигрометр, а также миниатюрная видеокамера и прочее – все это готовилось подняться на высоту девятнадцати километров, чтобы уже там заглянуть в брюхо аномалии. Небо прощалось с оттенком желтеющей гематомы, бравшей исток на морском горизонте.

– Клянусь, от нее тянет каким-то животным, – бросил шепотом Леннарт.

– По-моему, ты просто сходишь с ума. – Ингвилль выпустила облачко дыма, со скепсисом наблюдая за возней дружка.