Легенды о Корлионе Трионе. I и II

Народы восточных номов покорились завоевателям с большим смирением, чем прочие их соседи по планете, подвергшиеся атаке из Данноена. Нынче они считали себя такими же анторельцами, поэтому и не помышляли о восстаниях. Машины приподнялись над дорогой и уплыли в молочный туман, ползущий с гор на юг.

На верхних площадках Ам-Лона взвились черные знамена с серебряными мечами. Солдаты позволили себе расслабиться и отпраздновать победу. Корлион же спешил назад в Торорилан. Скорее к семье. Здесь он закончил.

Закончил раз и навсегда, как и обещал. С тех самых пор север не поднимал буйной головы в сторону Данноена, не смог поднять.

*      *      *

В городе победителей встречали радостными криками, цветы слетали к ногам черных людей, идущих маршем по бокам от ползущих транспортов. Лидер на деле доказал право повелевать народами Антореля, его чествовали все до единого. Процессия, во главе которой ехал на броневике Корлион, высоко подняв меч, прошла к дворцу.

Там солдаты отправились по казармам или домам. Не для всех этот день был праздником, многие не вернулись из-под Ам-Лона.

Корлион с Онтеоном остановились возле статуи Намаэля Триона, родоначальника династии, стоящей в центре дворцового зала. С гордостью за своего предка и за себя самого Лидер посмотрел на застывшие в камне глаза изваяния.

– Иди к ней, – прокряхтел Онтеон, поправив плащ.

По ступеням башни уже стучали частые шаги легких туфелек.

– Да, ты прав. Пусть увидят то, чего не дано было видеть мне – живого победителя, вернувшегося из долгого похода.

Корлион побежал на встречу жене и детям, а дядя с вымученной улыбкой смотрел ему вслед.

7. Шаг в неизвестность

Тридцать лет не просто цифра для анторельца. В этом возрасте он в полной мере может считать себя взрослым мужчиной, это определенная веха в жизни каждого, особенно – Лидера. Празднество длилось двое суток, Корлион много беседовал с гостями, отдавал распоряжения по устройству государства.

После суеты тишина обнесенной ржавым забором аллеи казалась райским блаженством. Прохладный и затхлый воздух фамильной гробницы пахнул в лицо Корлиона, словно бы черный зев прохода выдохнул мертвый дух забытых правителей. Во мраке прорисовывались полки с саркофагами, дорогое убранство и узоры побились временем и стерлись до серых каракулей с черными пятнами облетевшей краски.