Разбойничья Слуда. Книга 3. Отражение

С улицы донесся негромкий звон колокольчика. Он все приближался, становился все громче и громче.

– Петюня молоко с вечерней дойки развозит. Значит, уж к восьми время. У нас хоть и город, а порой как в деревне живем, – пояснил Дымов и взглянул на часы.

Он на мгновенье задумался. Нужно было уходить: время дежурства неумолимо приближалось. «Опоздать никак нельзя. Но как же быть с ним?»

– Ты, это… ну, временем каким располагаешь? – спросил Дымов.

Павел присел на край стула рядом с потертым, но добротным дощатым столом и снял форменную фуражку.

– Я насовсем, Микола.

– То есть как насовсем? – Дымов непонимающе посмотрел на приятеля.

– Остаюсь я. Но то между нами, сам понимаешь. Знаешь об этом теперь и ты.

– А как же…? Тебя же хватятся, – на носу-картошке Миколы выступили капельки пота.

Павел заметил лежащую на полу скомканную газету, поднял и расправил на столе. Пробежав глазами по странице, прочитал:

– «Сегодня в наш город с первым дружеским визитом прибывает норвежское судно.

Предполагается дружественный обед с командой с показом главных мест города. К ночи судно уйдет обратно в Норвегию…»

– Читал, когда на оттоманке дремал, – пояснил Микола. – Так хватятся же тебя, – не унимался он.

Гавзов свернул газету и отложил в сторону.

– Не беспокойся, не хватятся, – очень спокойно, с налетом некой небрежности, ответил он. – У меня с капитаном уговор. Ты с дежурства когда освободишься?

– В восемь. К девяти дома уж буду.

– Ну, вот и хорошо. Вернешься, обо всем и поговорим.

Надеюсь, ты в своей милиции обо мне не будешь говорить.

– Да, ты чего, Пашка! Я же в милиции – по нужде, а по душе я вольная птица, – воскликнул Дымов. – Можешь быть уверен во мне. Если чем помочь, ты говори чем. Я с превеликим, так сказать.

– Удовольствием, – закончил Гавзов.

– Ну, да.

Павел встал, подошел к окну, и чуть сдвинув занавески, выглянул в окно. На улице было светло. Солнце стояло еще высоко и будто не думало прятаться за горизонт. Время белых ночей было в самом разгаре.

Со стороны реки донесся протяжный пароходный гудок, затем следом еще три коротких. «Наш отходит, – Гавзов по характерному звуку узнал свой корабль и вытащил из кармана часы».

– Ну, вот. Все прошло без заминок и происшествий, – проговорил Павел, глядя циферблат. – Корабль отходит. Все хорошо пока.

– Тогда до утра? – Микола надел фуражку и направился к выходу.

– До утра, – ответил Павел.

***

На трап Лизка ступила почти последней.