Разбойничья Слуда. Книга 3. Отражение

– Погоди…, – проговорил Озолс, пытаясь сформулировать про себя интересующий его вопрос.

Он подошел к окну и закрыл створки. Затем быстро прошел к двери и повернул торчавший в замке ключ.

– Ты, что Иварс задумал? – по-своему истолковав действия начальника, спросила Илга.

– Скажи, Янису сколько уже? – неожиданно спросил тот.

– Два, третий. А что? – слегка растерялась женщина.

Вопрос показался ей несколько странным. Начальник редко справлялся о ребенке, а тут не успел приехать и уже интересуется.

Озолс на мгновенье задумался и снова спросил:

– Ты когда… Напомни, ты когда в последний раз виделась с Павлом Гавзовым?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что женщина на какое-то время растерялась.

«В Москве узнали, что я помогла Павлу бежать? Или о том, что он живет у моей тетки? Знают о письмах за границу? А может что-то с Павлом случилось? Что они знают? – от неприятных предчувствий на щеках предательски выступил румянец». Наконец, она смогла успокоиться и взять себя в руки.

– Твоя поездка как-то связана с прошлым? – уклонилась она от прямого ответа, пытаясь выяснить причину его интереса к Павлу.

– Ты не ответила, – в голосе Иварса появились недовольные нотки.

Секундная пауза пошла ей на пользу. Илга окончательно пришла в себя, и глядя в глаза Иварса, проговорила:

– Дай вспомнить.

Женщина сделала вид, что задумалась и выдержав паузу, продолжила говорить.

– Осенью двадцатого. Э-э перед тем, как на Соловки его отправили. Ну, да, точно, в двадцатом.

А чего ты вдруг вспомнил о нем?

Озолс будто забыл, что находится в своем кабинете и по давней уличной привычке огляделся.

– Илга, я же знаю, что Павел с Соловков сбежал не без помощи…, – он сделал паузу, выжидая, что Пульпе закончит его мысль, и не ошибся.

– Балдерис, значит, проговорился, – негромко сказала Пульпе, пытаясь понять, для чего начальник начал тот разговор. – А ты все эти годы знал и молчал?

«Если бы не эта поездка в Москву. Если бы…, – подумал Озолс». Он прекрасно понимал, что, если бы не поручение московского начальства, то он, возможно, никогда бы не признался Илге, что ему все известно о побеге с Соловецкого лагеря.

И если бы не он, никакой побег весной двадцать первого года у Павла Гавзова не получился. И она никогда бы не узнала, что его бывший помощник Раймонд Балдерис действовал тогда с его разрешения. И вряд ли ей стало известно, что сразу после ее разговора с Балдерисом, тот обо всем рассказал своему начальнику.