Разбойничья Слуда. Книга 4. Рассвет

Только вот как быть с заявлением от Федоськи, он пока не придумал.

По деревне они шли молча. Поравнявшись со своим, теперь пустующим, домом, Григорий остановил повозку и, сняв фуражку, вытер со лба выступивший пот. В прошлый раз, когда приезжал летом, останавливался тут и жил почти неделю. Но, тогда совсем другое дело: тепло было. Сейчас же топить остывшую печь и ждать, когда прогреется изба, он не хотел. Колхозный председатель каждый раз предлагал ему останавливаться у него, но Григорий отказывался и в первый свой приезд ночевал в своем бывшем кабинете.

И в этот раз, Конюхов планировал ночевать в нем же.

– Ты, Гаврила, ступай домой. У меня дела сегодня еще будут. Завтра к обеду придешь. Да, и ружье забери, – кивнул Конюхов на повозку. – И патроны тоже.

– Так, это… Лошадь, может в хлев ко мне поставить? У меня и ворота высокие, аккурат под коня. В тепле отдохнет. В конюшне-то места нет: там нынче опять что-то переделывают. Я накормлю и завтра приведу. Не на улице же кобыле ночевать.

– Добро, – согласился Конюхов.

Они расстались у колхозной конторы. Дождавшись, когда милиционер скроется за дверью, Гаврила запрыгнул в телегу и поехал к дому. Мысль о том, чтобы взять к себе Зорьку на постой, пришла к нему сразу, как только он понял, что ночевать будет дома. Оставлять в берлоге сегодняшнюю находку было нельзя, а на себе такую тяжесть зараз не принести. Уехать с Конюховым в райцентр и, не перепрятав золото, нельзя, ведь неизвестно как дело повернется. А вдруг кто-то из деревенских к берлоге сунется, что тогда? Найдут же все.

Брать колхозную лошадь в нынешней ситуации тоже нельзя. Председатель, поди, уже знает, что Конюхов не просто так приехал и вряд ли разрешит.

Вывезти находку из берлоги и спрятать ее в надежном месте – не самая большая проблема. А вот как сделать так, чтобы вообще всю ситуацию с горшками замять? «Может Конюхову что-то предложить? Но что? – с этой мыслью и подъехал Оманов к дому». Он сходил за сеном и накормил кобылу. Пока Зорька восстанавливала силы, перекусил и сам.

Затем собрал все свободные в доме мешки и спрятал в телеге. Предупредив Ваську, что скоро вернется, сходил во двор[24 - Задняя часть крестьянского дома, где находится сеновал, хлев и другие хозяйственные помещения (местное)], выгнал из хлева овец и запер их в отдельной стайке.

Гаврила съездил к берлоге и управился со всеми делами, когда на улице уже было темно. Спрятав мешки с золотом, наконец, добрался до дома.