Эрта. Личное правосудие

– Скажете тоже, господин, до войны и терратос был единым целым, а сейчас… эх… – возница еще наподдал вожжами, – видно, давно вы здесь не были.

– Да… хотел вот мадам Ригер проведать.

– А чего ей сделается, старой ведьме! Таверну уже второй год как открыла, кормит, поит за гроши, вот и ошивается тут отребье всякое. Вы, господин, в следующий раз возьмите повозку и сразу езжайте к дому, где у нее прачечная, знаете, где?

– Да, конечно.

– Вот, прикажите вознице чтобы во двор въезжал да подождал… это вам повезло, что я мимо ехал, не любит наш брат-извозчик сюда заезжать, хотя… – возница обернулся и посмотрел на Кинта, – возможно, сегодня повезло не вам, а тому отребью.

Но вы не думайте, это только в районе депо, да в старом ремесленном квартале всякий лихой народ, так-то в городе спокойно, ну еще бывает на окраинах пошаливают, а здесь просто участок городовых спалили еще когда война была, а новый участок городской совет открывать не спешит. За станцией вон господин Тьетэ присматривает, а тут люди сами себе закон, сами себе порядок…

– То есть ни порядка, ни закона?

– Не совсем… к примеру, если бы вы тех четверых пристрелили, то возможно, в следующий раз вас никто и не тронул бы…

– Или пулю из подворотни в спину пустят.

– Ну и такое может быть, – возница снова повернулся, когда повозка, пропетляв переулками и узкими улочками, выехала на широкую улицу, ведущую к главной площади, – где вас высадить?

– У гостиницы господина Дова, хотя нет… «Жандармский погребок» еще работает?

– Конечно! После Северной войны там не протолкнуться, особенно по выходным – спиваются герои терратоса!

– Туда отвезите.

– Как будет угодно господину, готовьте пять кестов серебром.

Постояв с минуту у входа, Кинт спустился в погребок. Как будто и не было этих четырех лет, внутри царит такой же полумрак, табачный дым, перемешиваясь с копотью масляных ламп, стелется под потолком, пахнет жареным мясом, пивом и потом. Посетителей действительно хватает, почти все столы заняты отставниками разных корпусов, кто-то, судя по внешнему виду, и не уходил отсюда со вчерашнего дня.

Внимание на Кинта если кто и обратил, то скорее не на него самого, а на внешний вид, но прилично и дорого одет может быть и отставник. Одним словом, всем было плевать на появление Кинта, его здесь никто не знал или не узнал, если таковые были. Впрочем, был человек, который наполнил две кружки пивом и, выставив их на стойку, кивнул Кинту на высокий стул рядом.