Белый странник

И в самом деле, по прошествии непродолжительного времени ворота открылись, к ним вышел почтительного возраста, но не дряхлый старик в сопровождении мужчины средних лет и трех парней лет пятнадцати. Кирилл сделал вывод о том, что перед ними стоит старейшина и его сын с внуками. Он учит их говорить с людьми, и пришлым показывает, что они не слабы, не боятся.

Немного помолчав, рассмотрев внимательно сперва одного, потом другого из муж- чин, старик обратился к Кириллу, правильно определив главного из обоих пришедших:

Скажите мне, что в наших глухих местах делают двое таких славных мужчин и что они хотят от нас, коли уж пришли.

Меня зовут Кирилл, а это мой друг и спутник Холгас, мы просто странствуем в поисках тихого места, где мы смогли бы просто жить и растить детей в мире с другими людьми, потому и пришли, чтобы спросить разрешения жить рядом с вами. Мы не будем вам мешать, а, может, и поможем чем, когда время придет.

Он стоял напротив старика и смотрел ему в глаза, он просто ждал ответа и не торопил с ним.

Я не могу ответить вам, добрые люди, сразу. Коли бы я один здесь жил, было бы все просто, а так на мне ответ за всех, кто живет в нашей деревне, старик давал понять, что он будет думать, и не факт, что в их пользу примет решение.

Мы не будем торопить вас с решением, и коль решите. Что нам нужно уйти, мы уйдем и не будем на вас обиду таить, мы пойдем к реке.

Хорошо, так и поступим. Мы пришлем к вам человека с нашим решением, потом, старик спокойно, чтоб не уронить своего достоинства, повернулся спиной и пошел прочь.

Кирилл и Холгас постояли до тех пор, пока старик со своей свитой не ушли на порядочное расстояние, потом пошли к повозке и со всеми поехали к реке.

Мы не будем здесь жить? Они не хотят нас видеть рядом? – спросила Ания, и в ее голосе было некое разочарование и досада.

Я, доча, не знаю, им нужно подумать и принять решение, о котором они не будут жалеть в будущем, они ведь не знают, какие вы у меня славные, если б они это знали, то сразу согласились.

Кирилл хотел успокоить дочь и развеселить по возможности, но он понимал, что у него это плохо получается. Все молчали и смотрели на реку, к которой их привезли ло- шади.

К вечеру, проголодавшиеся, все сидели на покрывале, на котором стоял ужин и ели, но как-то без особой радости и необычно тихо.