Вайзенштайн. Правосудие

Ибо тюрьма служила другой задаче: там до суда содержались и взрослые и дети, убийцы и должники, воры и мошенники, чтобы не убежали. Да и в условиях ужасающей антисанитарии, пыток, голода и зверств охраны многие до суда не доживали. Тюремная лихорадка, одна из форм тифа, также успешно делала свое фатальное дело.

В редких случаях кого-нибудь могли заточить в башню или монастырь. Так обычно поступали монархи или другие важные лица с теми, кого не смогли или не захотели просто-напросто убить. Подобное наказание часто не соответствовало содеянному – времена и нравы несколько отличались от теперешних.

С ростом технического прогресса жизнь огромного числа людей заметно усложнилась. Дело в том, что промышленность взашей вытолкала целые полчища крестьян на улицу без гроша за душой. Озлобленные и нищие, они не видели иного выхода достать пропитание кроме как разбойным путем.

Неторопливость правосудия со временем привела к переполненности узилищ. Также следует добавить, что платить за содержание в казематах арестантам приходилось из собственного кармана.

Словом, паразиты, грязь, отсутствие нормальной воды и еды, зловещий лязг цепей производили даже на стороннего наблюдателя удручающее впечатление.

История обожает находчивость и всегда выталкивает на поверхность какого-нибудь особенно предприимчивого умельца. В вопросе тюремных реформаций им стал Джон Говард. Богатый аристократ однажды сам волею судьбы угодил в тюрьму, после чего к нему пришло прозрение.

Когда Джон стал шерифом графства Бедфордшир, ему захотелось проинспектировать подведомственную тюрьму и многие другие остроги. Увиденное понравилось бы лишь горстке исковерканных извращенцев. Мужчины содержались вместе с женщинами, мелкие воришки сидели рядом с матерыми уголовниками, вши соседствовали с крысами. Через пять лет Говард опубликовал книгу о состоянии тогдашней пенитенциарной системы.

Поднятая общественная волна заставила парламент принять меры. Тяжеленный валун наконец-то сдвинулся с мертвой точки.

Стараниями Джона на подготовленную почву зерном упала совершенно новая мысль – тюрьма должна не мучить, а исправлять.

Постепенно с отменой смертной казни за многие преступления, исключая убийства, пионеры реформации стали практиковать искупительный подход. Таким образом, начали появляться темницы с одиночными камерами, где заключенный мог бы побыть наедине с собой, подумать о своей жизни, пообщаться с Богом.