Вайзенштайн. Правосудие

Я неоднократно писал о вопиющих случаях полицейского беспредела, но редактор не давал полного хода моим расследованиям, многозначительно показывая пальцем наверх. А тут у нашей газеты дела пошли не очень, и он, к глубочайшему моему удивлению, разрешил публикацию этой бомбы.

Возвращаюсь к письму. Суть дела состоит в двух словах: есть наркодилеры, владельцы нелегальных борделей, устроители собачьих боев, черные ломбарды, есть карманники, браконьеры и уличные торговцы оружием – это мелочевка. Чтобы нормально существовать, перечисленных ребят вынуждали оплачивать счета с кучей нулей господ в фуражках.

Ведь что такое коррупция? Трактуя смысл несколько вольно, это либо сознательное невыполнение своей работы уполномоченным лицом, либо, наоборот, ее скорейшее исполнение небескорыстно. Здесь имел место быть первый вариант. Таким простым образом нал ехал на лифте с улицы до высоких кабинетов.

Кроме того, существует строительный девелопмент, нелегальный импорт диких животных и работорговля, добыча самоцветов и разработка месторождений по упрощенным схемам, без соблюдения самых элементарных норм и правил недропользования и охраны окружающей среды, колоссальный рынок наркосбыта, лоббирование интересов на законодательном уровне – вторая разновидность порочного круга.

Это уже крупная рыба. Вопросы здесь решаются на Олимпе. Ценник совершенно иного порядка: миллионы, десятки миллионов. Все налом, потом в «прачечную», офшоры и «Маргарита» на пляже.

Сей клубок я начал распутывать буквально с остервенением – как же, ребенка посадили за руль мощного родстера.

Имена, пароли, явки – вскрылось все! Затем волна ударила и по другим штатам. Везде начался переполох, отставки и публичные порки.

Прицел международных телекамер в то время пристально следил за Австралией. Нас критиковали, жалели, ругали, нам советовали, предлагали помощь, хотели затопить весь остров, сбросить на континент ядерную бомбу, поставить во главе правительства аборигенов. В общем, вы все это прекрасно помните.

Кто же стал Гераклом, отрубившим головы Лернейской Гидре? Письмо имело инициалы Д.

 С. и номер телефона. Я позвонил – назначили встречу. На станции Ранкорн меня встретил молодой человек в черных очках и толстовке с капюшоном, после чего проводил к микроавтобусу. Там мне на глаза надели непроницаемую повязку и куда-то повезли. Ехали очень долго, часа четыре, не меньше, сначала по асфальту, потом еще час по грунтовке. Наконец приехали.

Повязку сняли. Яркое солнце садануло по глазам.