Последняя обойма

Это целых четырнадцать километров! Если заметишь на данном отрезке движение банд – все сразу станет ясно.

Воронов не спорил. По сути, командующий был прав, но, не зная всех особенностей летной работы, он упускал многие важные вещи. Рассматривая подробную карту, Андрей отлично понимал, что если за первый проход не получится выявить дислокацию противника и потребуется повторный проход, в районе кишлака Тавах его «Грач» под облаками развернуться не сможет. Просто не хватит ширины ущелья. Гораздо проще будет пролететь еще десяток километров до селения Руха, расположенного в широкой долине.

Включив фотоаппаратуру, Воронов удерживал самолет точно над рекой и крутил головой, осматривая каменистые склоны.

Вот слева и чуть ниже промелькнула пулеметная точка с десятком душманов. Из-за выложенного большими камнями бруствера торчал ствол крупнокалиберного «ДШК», а рядом с укреплением в растерянности стояли воины Аллаха. Вероятно, появление в ущелье в такую погоду самолета стало для них полной неожиданностью.

Через секунду на противоположном склоне Андрей заметил вторую точку. Она располагалась выше и частично была закрыта клочками облаков.

«Эти ребята с пулеметами охраняют «ворота» от вертолетов, – догадался он. И припомнил то, что много раз видел, пролетая над здешними хребтами в хорошую погоду: – А на вершинах обоих горных отрогов по всем правилам обустроены оборонительные сооружения: разветвленная сеть окопов, блиндажи, огневые точки…»

Но сейчас все это закрывала сплошная облачность, и разведчика больше интересовало то, что творилось в самом низу – на дне ущелья.

* * *

– Сто двадцать второй – Семьсот первому.

– Сто двадцать второй на связи.

– Передай Соколу: наблюдаю пешую группу численностью около полусотни человек с легким стрелковым вооружением. Двигаются по грунтовке от кишлака Тавах в сторону «ворот».

– Семьсот первый, вас понял: группа численностью до полусотни человек с легким вооружением двигается от кишлака Тавах в сторону «ворот».

– Все верно. Продолжаю задание…

В самом кишлаке Тавах Воронов также заметил некоторое оживление.

Во-первых, на грунтовке, пересекавшей кишлак и, по сути, являвшейся его единственной улицей, стояло несколько подозрительных автомобилей. Грузовик, наш потрепанный «уазик» без брезентовой крыши и пара пикапов.