Дельфин в стеарине

Думаю, ее не сможет заменить ни один человек в нашей компании. А может, и во всем мире.

– Я обошелся без жёсткости, – туманно сказал я. – И верю, что ее никто не сможет заменить. «Бешанзерсофт» – всего лишь шлейф Полины Шантолосовой…

– Это вы точно заметили. Именно шлейф. – Секретарша протянула мне карточку и новый «маршрутный лист». – Ступайте, шустрый мальчик. Направо пойдешь – от судьбы не уйдешь, налево пойдешь – неведомое найдешь.

И я пошел – надеясь, что налево.

8

Анита Зернянская ничем не походила ни на Елену Владимировну, ни, тем более, на Полину Шантолосову.

Это была полненькая кнопка (про таких говорят – метр с кепкой) в строгом сером костюме (я вдруг обнаружил, что с трудом вспоминаю, во что была одета первая вдова… Ах да, в голубой комбинезон!), шатенка, в очках, с довольно длинной косичкой, перехваченной на конце серебристой резинкой. И голос у нее оказался низкий, с той самой хрипотцой, которую я так не люблю у женщин. И работала она в службе бухгалтерской, а вовсе не инженерной.

Странно, но это мне тоже показалось недостатком, хотя и более соответствовало женской сущности.

Кроме того, мне почему-то взбрело в голову, что рабочее место Зернянской будет в общем зале, разгороженном невысокими стенками на небольшие персональные закутки, но каждому члену совета директоров, видимо, полагался отдельный кабинет. Правда, был он невелик и скромен – никаких экранов на стенах, лишь стандартный комп на столе.

Возможно, это было вещественное отображение неких различий между вдовами в корпоративной иерархии, а может, Зернянская попросту не любила обширных помещений.

Как бы то ни было, но я, усевшись на предложенный стул, физически ощутил, как давят на меня близкие стены. По моим внутренним ощущениям, это был не кабинет, а какое-то ущелье…

Разумеется, Анита Гербертовна оказалась предупреждена о предмете моих интересов.

– Послушайте, – сказала она после того, как я представился.

 – Я вас уверяю, это просто невозможно. Мой Василий не кончал жизнь самоубийством.

У нее присутствовал легкий прибалтийский акцент, но он ее уже не портил. Ибо в моих глазах такие женщины изначально ценятся невысоко, хотя, не спорю, существуют мужики, которых хлебом не корми, а дай потискать такую вот крохотную пампушку-бухгалтершу, мягкую и пухлую во всех мыслимых и немыслимых местах.